Торговец вольного города (СИ)

На обратном пути в коридоре дорогу мне перегородила неугомонная Катерина.

— Скарабейников, ты совсем совесть потерял? Прям как твой отец! Яблоко от яблони… мне нужны средства на текущие расходы.

— То есть, вчера вам всего хватало, а сегодня неожиданно что-то изменилось?

— Именно так, — уверенно заявила она, по обыкновению скрестив руки под грудью и задрав подбородок. Быстро же вновь уверилась в своих силах.

— Очень жаль, — я сочувственно покачал головой. — Мне казалось, вам можно доверить ведение учёта, ведь и опыт имелся.

Но, видимо, на слишком многое рассчитывал. До конца этого месяца осталось около недели, а вы уже выбились из бюджета. Непорядок. Но ничего страшного, я избавлю вас от этого неблагодарного занятия, так что можете освободить кабинет.

Мои слова её разозлили, но униматься я не собирался.

— Также, будьте добры, подготовьте документы аренды, а хотел бы с ними ознакомиться.

— Это ещё зачем? — насторожилась она, с прищуром сверля меня недовольным взглядом.

— Хочу их расторгнуть, если это окажется возможным, и как можно скорее.

Нам больше нет нужды разграничивать родовой дом на клетушки ради сдачи в аренду.

— Ты же только что сказал, что денег нет! И намерен лишить семью стабильного пассивного дохода? — удивлённо воскликнула она, сделав шаг назад.

— Что ж, вы меня подловили, — улыбнулся я, делая глубокий вдох. — Деньги действительно есть.

Достал из внутреннего кармана пачку купюр, отчего глаза женщины загорелись. Пересчитал перед ней все шестьсот рублей, после чего перевёл взгляд на Катерину.

Но стоило ей протянуть руку в жажде халявной наживы, как разжал мизинец и из-под него вынырнул рубль. Ведомый моей силой, он приземлился на ладонь «любимой мачехи».

— Берите, не стесняйтесь. Можете ни в чём себе не отказывать, — пока говорил это, запихнул купюры обратно во внутреннний карман и аккуратно обошёл ошарашенную дамочку, после чего поспешил сбежать из дома. Ведь если бы заржал так не вовремя, то разрушил бы всё очарование ситуации.

Пребывая в хорошем расположении духа, направился на постоялый двор.

Так как я уже неоднократно приходил к Лопухову, консьерж меня спокойно пропустил, дав расписаться в тетради посетителей.

Дверь номера открыл сонный Виктор. Странно, обычно он всегда рано просыпался, вне зависимости от того, есть ли у него дела.

— Не ожидал, что вы действительно сегодня придёте, — сказал он, прикрывая зевок ладонью.

— Но я ведь предупреждал.

— Не сочтите за грубость, но я вчера воспринял ваши слова как пустую браваду.