Торговец вольного города (СИ)

Мы остановились у забегаловки на первом этаже здания. Стоило зайти внутрь, как в нос ударил резкий специфический запах еды, который ощущался ещё снаружи. Несколько посетителей обернулись на нас, с недоумением и даже некой недоброжелательностью.

Я развернул меню и конец стрелки начал подрагивать. Выходило, что камни должны лежать на полу прямо перед чанами с едой. Но настолько близко уже срабатывало чутьё наподобие того, что было у меня с монетами. Смахнув прозрачное окно, уставился в потолок. Чёрт, почему он такой грязный? Целые гирлянды паутины.

— Только не говорите, что проголодались настолько сильно, — усмехнулся Лопухов, оглядываясь по сторонам.

Посмотрев на него, как на идиота, развернулся и вышел наружу, Виктор за мной.

— Что дальше? — поинтересовался он.

— Нам нужно на второй этаж. Сюда, судя по всему.

Рядом со входом в местную забегаловку находилась узкая дверь, усеянная иероглифами и рисунками. Но главным было то, что здесь присутствовал тот же символ, что и на вывеске второго этажа: дракон, обвивающий бамбук.

Вскарабкавшись по узкой неудобной лестнице, мы оказались в занимательном месте. Первое, что меня поразило, это тишина. Звуки с улицы были слышны, но настолько тихо, что поначалу показалось, что их совсем нет. Второе — запах трав вперемешку с мазью Вишневского.

Да, мы находились в магазинчике традиционной китайской медицины. По контуру помещение огибал прилавок, за которым располагались узкие полки, усыпанные баночками, пузырьками и коробочками.

Стоило войти, как раздался мелодичный перезвон колокольчика на двери. Что-то бормоча на своём языке, к нам вышел аптекарь. Или как его назвать правильнее?

Я сразу же узнал старика, хоть сейчас на нём находился шёлковый халат с драконами. Ладони были перевязаны белыми лентами и скорее смотрелись как декор, чем бинты.

Китаец тоже нас узнал, это было видно по его лицу.

В очередной раз я поразился скорости принятия решения и ловкости Лопухова. Он пронёсся мимо меня как ураган и перескочил через прилавок, тут же нырнув за беглецом. Опомниться не успел, как парень уже выволок хозяина лавки наружу. Изображая саму невинность, старик ругался на китайском.

— Хватит, — тряхнул его за шиворот Виктор.