– Неужели, в законе нет никаких лазеек? Зоя – мать малолетнего малыша, как она может находиться в СИЗО?
– Погодите, я попробую вам помочь, – опасливо озирается по сторонам Шевелев. Наверное, камер боится или чужих ушей? – Оформлю задержание, а Зоя Филипповна пойдет домой. Только вы уж не подведите меня, Христа ради…
– А как это… – шелестит Зоя побелевшими губами. – У вас же спросят, где подозреваемая? А я…
– Я начальник отдела, Зоя Филипповна. Как я скажу, так и будет. Закон я не нарушаю, беременные женщины и матери, воспитывающие малолетних детей, могут оставаться дома, их заключают под стражу в особых случаях.
Отчего-то, Крестовский считает вас опасной для общества и боится повторного покушения. Распишитесь в бумагах и… идите домой. А ему я скажу, что вы под стражей, проверить он все равно не сможет.
– И правильно делает, что считает, – не выдерживаю я. – Преступник ходит на свободе и Крест не знает его. Поэтому и обвинил Зою… Да много, почему…
– Роберт, не надо, – хрипло протягивает Зайка.
– Спасибо вам, э…
– Сергей Сергеевич я, – мнется Шевелев. – Завтра жду вас на допрос. Рекомендую подойти с адвокатом. Не понимаю, зачем Крестовскому вас подставлять? Невиновного я сажать не собираюсь, но и вы мне помогите, Зоя Филипповна…
– Я сейчас не в состоянии думать. Очень хочу домой…
По дороге домой мне звонит Петька Жильцов. Ему-то что от меня надо? Или Кира успела всем растрезвонить о нашей интрижке?
– Да, Петь.
– Рихард прилетел, Роб. Надо ехать встречать, ты как?
– Давайте без меня, я сейчас с семьей, – поворачиваюсь к Зое, встречаясь с ней взглядом.
– Нет, Роберт, езжай в аэропорт, – шепчет она. – Ты так долго ждал его приезда. Мы с Мишуткой справимся. Я как раз хотела… побыть одна…
– Я буду, Петь. Во сколько встречаемся?
– Через полтора часа в аэропорту.
Мне тревожно за Зайку… В благополучных семьях мужья просят родителей приехать и поддержать жену, а в нашем случае… Я могу позвонить Оксане Игоревне, маме Зои, но не хочу злоупотреблять ее благосклонностью.
Она и так многое для нас делает – помогает с Мишуткой, сидит с ним, когда Зойке надо отлучиться на работу. Но и умалчивать о проблеме, постигшей нашу семью, будет неразумным.
– Зой… Давай я позвоню твоей маме? Не хочу, чтобы ты оставалась одна, – предлагаю, паркуясь на площадке возле дома.
– А я хотела подумать, – произносит Зоя бескровными губами. – Роберт, наверное, одиночество пойдет мне на пользу.
