А тут он недоглядел и не поберегся!
И то, что происходило сейчас с ним, с ними, между ними, потрясло его – это другой уровень чувствования, другой какой-то, совершенно иной секс, который и назвать-то таким эпитетом невозможно, другие ощущения, эмоции – и он позволил себе насладиться ими и пережить их сполна! И брал ее то неистово и мощно, то нежно и медленно, переживая нечто невероятное, в конце испытав такой оргазм, от силы ощущения которого Тимофей прижал Стешку к себе и поцеловал совершенно неистово, расплющивая ее губы своим ртом и чувствуя, как в его горле вибрирует ее победный крик.
– Какое великое, бездонное, втягивающее в себя небо, – шепотом сказала Степанида, глядя в окно над кроватью.
– Тебе надо отдыхать и спать, – лениво заметил Тимофей, не открывая глаз.
– Не хочется, – призналась она. – У меня до сих пор все дрожит внутри от потрясения.
– У меня тоже, – без смущения и привычной скрытности ответил он.
Открыл все-таки глаза, передвинулся на кровати, приподняв и устроив Степаниду таким образом, чтобы она лежала на его животе, а ему было видно ее лицо.
– Совсем спать не хочешь? – переспросил Тимофей.
– Совсем, хотя чертовски устала, даже шевелиться не могу.
– Я давно хотел тебя спросить. Когда у тебя была высокая температура, ты в бреду почему-то звала папу, а не маму. Почему? Ведь даже дети, которые никогда не знали маму, взывают именно к ней."
"– Ну, ты же очень умный и наверняка понял, что это значит, что папа у меня есть, а мамы не было, – все смотрела в звездное небо Стеша.
– Умерла?
– Нет.
– Расскажи о себе, – попросил он.
– Саргин, – повернув голову и поудобней устроившись на его животе, заметила Степанида, – если я правильно поняла твое особое предупреждение, то ты не вступаешь с женщинами в эмоциональный контакт. А просить даму рассказать о себе – это как раз, сообщу я тебе, нечто вроде доверия и той самой эмоциональной близости, которой ты так старательно избегаешь.
Парни, любящие свободу, не интересуются историями жизни других людей, особенно девушек.
– Ну, в общем и целом ты права, – согласился Тим с ее версией, – но дело в том, что ты сама по себе удивительное исключение из любых правил, в том числе и из моих. И мне ужасно интересно про тебя узнать побольше.
– Из первых уст, – подсказала Стеша и напомнила: – Если учесть, что при желании всю информацию обо мне ты можешь получить в течение получаса.
