Онлайн-библиотека книг
– Спасибо, что больше не заявляешь, что твоя личная жизнь меня не касается.
– Вам проще уступить, чем убедить в обратном! – цокает она языком.
Перехватываю ее пальчики и целую их, не позволяя вырвать руку.
– Ты самая мудрая из женщин, что я встречал!
Оглядывается на Тимоху.
– Мы… не по работе?"
"– Нет. Кит с Менталом вернулись. Мы едем на дачу. Баня, шашлыки… Мероприятие обязательное, – улыбаюсь я. – Так что…
– Ммм… тим-спирит… я помню.
– Да.
– Я рада, что у Вас теперь есть возможность проводить время с сыном.
– Если реальность будет благосклонна ко мне, то появится еще и возможность воспитывать его.
– Пусть будет! Я за Вас помолюсь.
– Буду очень обязан за Ваши молитвы.
– А дедушка обещал, – сонно выдает Тимка, – если папа на тебе, Сонечка, женится, то я буду жить с Вами!
ООО!!!
Я торможу, съезжая на обочину.
Ее шокированный взгляд начинает медленно трансформироваться в разъяренный.
– Тимоха… – закрываю я глаза. – Партизан из тебя хреновый!
Застывшая Софья молчит.
Мне даже страшно представить, что сейчас в ее голове.
А Тимка уже опять мирно спит, закрыв глаза.
Ой, Волчонок, ой… – качаю головой. – Ну, ты внезапный!
Поворачиваюсь к ней.
Ну, давай, Волк, вот теперь надо открывать рот и что-то вразумительное и убедительное говорить.
И я открываю. И закрываю.
– Можно, я не поеду, – отводит она глаза, выпрямляя спину.
– Нельзя.
Мы молчим. И что я должен говорить? Правду? В любви признаваться? Сейчас? Нет… Это всё будет жалко. Я так не хочу.
– А я Вас понимаю, Захар, – смотрит она в зеркало, тяжело сглатывая. – Наверное, я бы тоже делала всё, чтобы сына вернуть. Нашла бы подходящую кандидатуру на роль отца…
– Сонечка…
– Ой, не надо. Давайте, быстрее поедем. Меня тошнит в Вашей машине, – закрывает глаза, опуская сиденье ниже.
Ну, бл*ть, засада!.. – срываюсь я с места.
* * *
Софья с Тимохой спят. Я оставляю их в машине.
Дача стоит поодаль от дачного массива, метрах в двухста. У реки. Все в красно-желтых тонах.
– Как же круто тут у тебя, Волк! – вдыхает полной грудью Кит.
– Это дедовская еще. Я тут Волчонком жил с ним.
Старался сильно не переделывать, сохранить атмосферу. Только все удобства организовал.
– А родители?
– Да… Хреновые были у меня родители. Отца я не знал. Мать посадили, дед меня из детского дома забрал. Три мне тогда было. Но помню хорошо.
– А сейчас что с матерью?
– Давно уже в живых нет.
