Онлайн-библиотека книг
Если нормальный коньяк ни с чем не мешать и остановиться вовремя, почти никаких неприятных симптомов с утра. Наверху еще тишина. Забираю со стола сигареты, выхожу на веранду, прихватывая по дороге парочку оладий с большой чаши. И правда, вкусно…
Мои носятся у озера. Там, на толстой ветке, старые веревочные качели, еще мои детские. Софья присаживается. Веревки уже старые… Иду к ним.
– Папа!! – несется мне навстречу Тимоха.
Бакс с радостным лаем летит за ним следом.
Закидываю сына на плечо. Бакс крутится в ногах, Тимоха пищит, пытаясь вырваться.
– Софья, качели старые. Веревки могут оборваться. Не садись. Заменю, будешь потом качаться.
– Доброе утро, – встает она.
Мы застываем друг напротив друга.
– Папа! Ну, пап!! Ай… Ай! Отпусти!
Она тянет его за талию к себе.
– Отпустите, Вы ему на живот плечом давите.
Ой, какие нежности! – улыбаюсь я.
– Будем качать пресс, да, Тимоха?
– Да-а-а!!
Отпускаю.
Убегают вместе с Баксом к дому.
– Спасибо за завтрак.
– Пожалуйста. Бакса я покормила.
Мне хочется по инерции поругать ее за это. Но ведь она тоже будет ему хозяйкой. Пусть.
– Не надо было? – смотрит на меня внимательно.
– Всё нормально.
Мы медленно идем вдоль берега.
– Мне придется с Вами жить?
– Да.
– А как долго?
Меня от этого вопроса сводит. Я сжимаю челюсти, молчу.
Не надо, Волков. Скажи спасибо, что она хотя бы приняла версию с фиктивным браком!
– Я не знаю, Софья. Некоторое время.
– От чего это зависит?
– Дед Тимохи, мой бывший тесть, сказал, что отдаст его мне, восстановив в праве опеки после своей смерти.
– После смерти?…
– У него плохой прогноз. Он может уйти в любой момент. Врачи обещают максимум год. Но вряд ли… Работа у него нервная. А проблемы с сердцем.
– А если Вы не найдете? Если он не одобрит мою кандидатуру?
– Тогда Тимоха будет усыновлен двоюродным братом Натальи. И уедет жить в Болгарию. Там семья, три ребенка, он будет четвертым.
– Почему Вы просто не взяли в жены свою женщину? Элла, кажется? Зачем Вы придумали всю эту махинацию?
– Не понял, извини? – торможу я.
Она смотрит на меня своим открытым наивным взглядом.
– Элла…
– Аа… – торможу я. – Причем тут она? Он бы никогда не одобрил ее кандидатуру. Элла – она… не про это. У нас с ней на других основах выстроены отноше…
– А я – «про это», – перебивает она.
