Онлайн-библиотека книг
Клиент хочет за нее несколько больше. Я решил пробежаться по московским оценщикам. Может, еще кого порекомендуете?
– Сорок, – хитро прищуривается.
– Восемьдесят, – улыбаюсь я.
Немного наигранно хватается за сердце.
– Откуда такая цена?! Пятьдесят – максимум!
– Семьдесят.
– Нет, нет! Ну, пятьдесят пять! И то! Только из уважения к Вам и с надеждой, что сделаете скидку, если вдруг понадобится Ваша помощь!
– Хотите скидку – давайте за урну шестьдесят, я знаю, она стоит больше.
– Хорошо! – взмахивает он рукой.
– Не прибедняйтесь, Абрам Соломонович! Сделка для Вас выгодная.
Переводит мне деньги на счет.
Уверен, эта урна стоит все сто! И очень надеюсь, что она не числится ни за кем, как за владельцем. Хотя хитрый старик не заплатил бы денег за разыскиваемую вещь, или уже знает, куда ее слить подороже по своим теневым каналам.
Выхожу на улицу, льет дождь. Пока добегаю до машины – весь насквозь.
Набираю Римму.
– Добрый вечер!
– Добрый ли?
– Римма, такое дело.
Давай, давай, «дама без намордника», соглашайся!
– Да! Конечно же – да. Просто отдай мне мои деньги за эту чертову шкатулку!
– Перевожу…
Оставляю себе своих законных два процента.
– Ты, Волков, просто… волшебник!
– Обращайтесь.
Расслабляюсь под звуками стучащего по машине дождя.
Прокатило, бл*ть… просто повезло!
– А ведь мог оставить все шестьдесят себе, вернув ей ее деньги, которые она тебе заплатила.
Увы-увы… попытался, не успел.
Неее…
Тогда бы это было банальное воровство, и я бы не был уже волшебником. Хрен с ним, периодически – иллюзионистом. И моя репутация начала бы сдуваться.
У тебя уже достаточно бабок, Волк… тормози…
Надо, надо…
Набираю Софью.
– Привет. Я еду. Как Тимоха?
– У Тимохи ветрянка. Вы болели в детстве ветрянкой?
– Я? Не-е-ет.
– Тогда Вам сюда нельзя, Захар. Инфекция передается и воздушно-капельным, и бытовым путем.
Господи, поднимаю я глаза. Ты за что меня так наказываешь? Я же хороший!
– А когда?..
– Три недели.
– Чо?!
Глава 5. Рикошеты
На полу две сумки. Собираю вещи. Бакс следит за мной взглядом.
– Переезжаем мы с тобой, дружище! – присаживаюсь я, заглядывая ему в глаза. – К Софье поедем. К Софье.
