Трафик по-русски

Откинув спинку, он принялся устраиваться поудобнее. Череп тем временем прикурил сигарету и потянулся к магнитоле.

– Эй, ты чего? – окликнул его Тюля.

– Как чего? Музон хочу какой-нибудь послушать.

– Озверел, что ли? – удивился Тюля.

– Чего озверел, я тихо.

– Да при чем тут тихо-громко? У нас жмур в багажнике, менты зачем-то дороги перекрыли, а ты, тетерев, серенады, блин, собрался слушать!

– Ментов слушать будешь, понял? И если что по нашей теме, сразу меня буди! Уяснил?

Вскоре Тюля устроился и задремал.

Развалившись в углу заднего сиденья, Бурый о чем-то размышлял с закрытыми глазами. Череп от нечего делать вздыхал и таращился за окно. А там, за поднятым стеклом, монотонно и убаюкивающе пищали комары.

Потом из динамика вдруг донесся чей-то голос:

– Второй Первому, прием!

Череп от неожиданности даже слегка подпрыгнул.

– Как там у тебя, Серый, обстановка?

– Нормально… А что случилось-то?

– Только что нам позвонили. Ящики наши работают как часы! Самолет на подлете, идет прямо на нас.

– Ага, понял. Так что, скоро сворачиваемся?

– Я думаю, да. Как будет команда, я тебе сразу свистну.

– Понял, добро. Конец связи!

Череп прослушал диалог с открытым ртом, да так и замер. Бурый открыл один глаз и сказал:

– Что? – оглянулся Череп.

– Тюлю, говорю, буди.

– Так, а это… – заколебался Череп. – Он же сказал, если по нашей теме. А они про самолет какой-то базарили.

– Да не сплю я! – вдруг поднял голову Тюля. Зевнув во всю свою огромную пасть, он потянулся за сигаретой и пробормотал: – Хрен знает что! Какие-то ящики, самолеты… Военные, что ли, какую фигню испытывают?

– Наверное, – тут же согласился Череп. – А кто же еще?

– А чего они тогда на милицейской волне базарят? – заметил Бурый.

– Вот и я о том же думаю, – кивнул Тюля. – И тип в «девятке» тоже не военный, а гаишник… Фиг знает что. Ладно, главное, что они скоро сматываются…

Перекурив, Тюля снова задремал, но был разбужен взволнованным голосом Локтева, разнесшимся из динамика:

– Первый Второму, прием!

– Ты это, в моей стороне ничего подозрительного не слышал?

– Нет, Серый! А что случилось? – насторожился Веня.