Трагедия Игрек

Лейн, выступая в роли гида, все утро не сводил глаз с лица, фигуры и рук гостя. Он изучал повадки и мимику Перри, то, как он шевелит губами, его осанку, походку, жесты. За ленчем актер наблюдал за тем, как воспитатель ест. Куоси держался поблизости, внимательно разглядывая голову Перри, а потом исчез, что-то возбужденно бормоча себе под нос.

Во второй половине они продолжили осмотр территории, но Лейн искусно переводил разговор на самого Перри, выясняя его вкусы, предубеждения, идеи, сущность интеллектуальных контактов с Барбарой Хэттер, отношения с другими обитателями дома, проблемы воспитания двоих детей.

Перри снова оживился, упомянул, где искать нужные книги, рассказал о своих методах обучения обоих мальчиков и о повседневной жизни в доме Хэттеров.

Вечером после обеда двое мужчин удалились в маленькую лабораторию Куоси. Она не походила ни на что, когда-либо виденное Перри. Несмотря на современную аппаратуру, от комнаты исходил аромат древности. Лаборатория напоминала средневековую камеру пыток.

На стене висела полка, где помещались модели голов всех рас — монгольской, европейской, негроидной — со всевозможными выражениями лиц. Другие стены были увешаны париками — седыми, черными, каштановыми, рыжими, курчавыми, гладкими, напомаженными. На рабочих столах находился широчайший ассортимент порошков, пигментов, кремов, красок, паст и маленьких металлических инструментов. Помимо этого, в комнате имелись аппарат, похожий на швейную машинку, большое многостворчатое зеркало, огромная лампа и черные занавеси… Как только Перри шагнул через порог, его оживленность исчезла, сменившись страхом и неуверенностью. Казалось, комната подавляла его, возвращая к реальности, ибо он умолк, а его движения стали нервными. Лейн наблюдал за ним с внезапным беспокойством. Перри бродил по комнате — его гротескно увеличенная тень двигалась вместе с ним по пустой стене.

— Пожалуйста, разденьтесь, мистер Перри, — проскрипел Куоси, приспосабливая парик к деревянной модели.

Перри молча повиновался. Лейн быстро сбросил свою одежду и облачился в одежду воспитателя. Благодаря сходству фигуры новая одежда полностью подошла ему.

Ежившийся Перри закутался в халат.

Куоси продолжал суетиться. К счастью, необходимость лицевого грима была минимальной. Лейн уселся на странной формы стул перед зеркалами, и старый горбун принялся за работу. Его узловатые пальцы двигались с невероятным проворством.