Трагедия Игрек

Шаг к окну, быстрый взгляд в сад, прыжок через подоконник — и окно со шторой тут же опустились. Лейн заметил, что визитер опустил штору не до самого конца. Вздохнув, он вытянул ноги, но его лицо оставалось напряженным. Весь инцидент занял не более трех минут. Светящийся циферблат показывал восемь минут девятого.

Штора больше не шевелилась. Лейн снова вытер лоб — пот струился по его телу под одеждой.

В четверть девятого в поле зрения возникли сразу две фигуры — Луизы Кэмпион, идущей медленно, но уверенно, и следующей за ней мисс Смит.

Луиза без колебаний направилась к своей кровати, села на нее, закинула ногу на ногу, машинально, словно подчиняясь ежевечерней рутине, протянула руку к ночному столику и взяла стакан с простоквашей. Мисс Смит устало улыбнулась, потрепала ее по щеке и двинулась направо — в ванную, как понял актер, помня географию комнаты. Он наблюдал не за Луизой, а за окном, сквозь которое скрылся недавний посетитель. Когда Луиза поднесла стакан к губам, Лейн увидел призрачное лицо, прижавшееся к оконному стеклу в промежутке, не прикрытом шторой. Оно было напряженным и бледным.

С никогда не меняющимся спокойным и безмятежным выражением лица Луиза выпила простоквашу, поставила стакан, встала и начала расстегивать платье.

Лейн мог поклясться, что на лице за окном отразилось удивление, сменившееся разочарованием, после чего оно скрылось из вида.

Покуда мисс Смит все еще плескалась в ванной, актер осторожно выбрался из стенного шкафа и на цыпочках вышел из комнаты.

Луиза Кэмпион даже не повернула голову в его сторону.

В воскресенье утром мистер Друри Лейн чувствовал себя гораздо лучше. Тем не менее Дромио передал Барбаре Хэттер — единственному обитателю дома, которого, казалось, это заботило, — что мистер Друри большую часть дня проведет за отдыхом в комнате для гостей; не будет ли мисс Хэттер так любезна проследить, чтобы его не беспокоили?

Мисс Хэттер была так любезна, и мистера Друри не беспокоили.

В одиннадцать пришел доктор Дабин, который закрылся с «пациентом», спустя десять минут он сообщил, что «больной» поправляется после приступа, и удалился.

Вскоре после полудня Лейн снова провел тайное расследование. Даже если бы он был болен по-настоящему, то едва ли мог бы выглядеть хуже. После бессонной ночи лицо его было изможденным. Дромио подал сигнал, и Лейн быстро выскользнул в коридор.