Но писем от Руфуса не было, я думала, он работает теперь на брата. Видимо, ошиблась. Я всегда плохо думаю о людях…"
"— Зато у них всегда есть шанс вас приятно порадовать, — неожиданно хмыкнул парень и вдруг признался. — Я тоже хоронил. Мать. Отец сбежал с какой-то деревенской девушкой, бросил нас. Потом оказалось что ему пришла повестка, король уже собирал народ на фронт. Мама не выдержала позора, сгорела за неделю. Сестра вышла замуж, отреклась от рода. Успела. На следующий день мне пришлось хоронить маму на кладбище для бродяг, потому что отец свинтил вместе с деньгами.
Остатки забрала и продала Лика. Сестра то есть. Я ходил к ней, спрашивал, что будет со мной, но меня не пустили в дом. Так и стоял на пороге как приблудный пёс. Вы знаете, я тогда шёл к ней и думал, что сестру на похороны не пустил муж. Для её же блага. Или что она боится видеть маму мертвой. А оказалось, что Лике просто все равно. Она не захотела прийти. Испугалась носить нашу фамилию. Получается, я думал о ней лучше, чем она есть на самом деле.
И все равно стоял там и думал, что меня она не бросит. Она же старше. Мама всегда говорила, что мы должны помогать друг другу. Но она прогнала, а потом вообще стражу вызвала, потому что я не дал дворецкому себя выгнать. Потом был суд. Судили меня, а не отца, потому что его найти не смогли. Признали его предателем, а мне дали выбор - отречься от отца и получить свободу или не отказываться от фамилии, получить наследство и отправиться на север в колонию для детей-преступников на три года.
Мне обещали хороший дом взамен того, который принадлежал родителям. Сказали, что у меня будет все необходимое… И я снова подумал о людях слишком хорошо. Поверил и согласился стать отказником.
— Так ты попал в приют?
— Да, — он кивнул и сел прямо на пол. — Не знаю, зачем рассказываю. Наверное, потому, что анкету на себя не написал и не смогу. Вы лучше потом, сами…
— Сколько тебе тогда было?
— Десять. Но выглядел на четырнадцать, иначе не смог бы мать хоронить. Сказал, что документы потерялись.
Тогда война шла, людей хоронили каждый день. У меня только спросили имя и фамилию, сделали табличку и закопали тело в мешке, потому что гроб - это слишком дорого.
— Дайс и Кондр тогда с тобой подружились?
— Шутите? Тогда Дайс и Кондр вместе с остальными хорошенько намяли мне бока. В приюте главным был Мишай, он таскал ребят в город, они попрошайничали и воровали. Хотя тогда еды всем хватало. Потом управляющего поменяли, старый ушёл на фронт.
