Онлайн-библиотека книг
– Зачем? – вяло засопротивлялся монах, – Я и так отлично лежу! Никуда мне не надо! Ай!
Он попытался пошевелиться, но потерпел фиаско. Малейшее движение – и его вновь скрючило.
– Ой-ой-ой! – запричитал он, свернувшись, как улитка, и обхватив себя за колени, – Ой, конец мой пришёл!
– Госпожа лекарь сказала, надо, значит, надо! – вдруг сурово припечатал Аллатристе. Я и слова не успела сказать, как он в одно мгновение очутился рядом с монахом и наклонился над ним с явным намерением поднять.
– Стой! – вскрикнула я и кинулась к нему.
С него станется сейчас дёрнуть так, что у бедолаги все межпозвоночные диски сместятся! А то и вовсе вылезет грыжа. И мне это всё потом расхлёбывать, не говоря уже о том, как будет мучиться брат Грегор.
Хвала небесам, капитан замер. Вопросительно взглянул на меня. Поднял бровь."
"– Так и оставить его валяться? – хмыкнул он. Я помотала головой:
– Нет! Но поднимать его тоже надо по уму! Я сейчас расскажу, как.
– Ну, попробуй, – усмехнулся Тайрон, но свою попытку поднять брата Грегора оставил.
Я поспешно обратилась к монаху:
– Брат Грегор, слушайте меня, пожалуйста, внимательно и выполняйте всё, что я вам скажу. Я постараюсь минимизировать… в смысле, сделать так, чтобы вы ощущали как можно меньше боли. Вам ясно?
Брат Грегор только еле заметно кивнул и вновь сморщился.
– Всё, что угодно, – прошептал он, – только избавьте меня от этой напасти. Молю!
– Разумеется, – вздохнула я, – а теперь внимательно прислушайтесь к ощущениям. С какой стороны болит меньше, справа или слева?
Монах нахмурился и прикрыл глаза.
– Слева, – пробормотал он. Я кивнула и попросила Аллатристе:
– Переверни его, пожалуйста, на левый бок. Только держать надо так: одной рукой за плечи, а второй – под бедро.
Тайрон ничего не ответил, но опустился на одно колено и ловким, но очень аккуратным движением выполнил мою просьбу. Брат Грегор тяжело задышал: ему явно было не по себе, однако такой пронзительной боли заметно уже не было.
– Отлично, – хлопнула я в ладоши, – а теперь…
Повинуясь моим указаниям, монах очень медленно, очень осторожно и ежесекундно морщась, сначала встал на четвереньки.
Так, едва переступая, словно его ноги превратились в стеклянные, брат Грегор добрёл до своей лежанки. Тут же примерился рухнуть в неё, но я заблаговременно удержала его.
