Травница, или Как выжить среди магов

— К сожалению, — буркнул герцог, потеребив кончик лихо закрученных усов. — До сих пор не понимаю, что твой отец в ней нашел. Я предлагал ему таких замечательных кандидаток, а он выбрал… Твою мать.

— По всей видимости, им двигала любовь.

— Скорее юность, безответственность и желание досадить мне. Невероятная глупость — жениться сразу после выпуска.

— Дед, не начинай…

— Всему свое время. И жениться надо с умом.

— Поэтому ты решил взяться за меня? — хмыкнул Себастьян и весело поинтересовался: — Мне уже покупать кольцо и отправляться к семье Ясель с предложением?

Честно говоря, он до сих пор не верил, что происходящее не шутка или очередной розыгрыш деда.

Тот любил издеваться, порой совершая весьма провокационные поступки.

— Я уже нашел тебе невесту, — спокойно сообщил герцог, вновь пригубив вина.

— Неужели? И кто она?

— Некая месси Эббот.

А вот тут Себастьяну стало не до смеха.

— Месси? Она человек? — Подавшись вперед, он нахмурился. — Ты серьезно?

— Да. Я уже отправил послание ее родителям, известив о наших намерениях.

Они готовятся к свадьбе. И тебе пора бы собираться в дорогу. До Овейского округа путь неблизкий.

— Овейский округ? — переспросил Себастьян, начиная осознавать, что дед вовсе не шутит.

— Да. Разрешение на брак уже получено. Свадьба через неделю. Двадцатого числа этого месяца.

Дед протянул ему бумагу, скрепленную сургучом с императорской печатью. Но только Себастьян не торопился ее брать.

— А если я откажусь?

— Тогда я перекрою тебе доступ к семейному артефакту, — отставляя в сторону бокал, пригрозил дед.

— Ты женишься на месси Эббот, иначе лишишься доступа к родовой магии, Себастьян.

Глава Третья

Шанталь"

"Утро встретило меня жуткой головной болью и отвратительным вкусом во рту. Настолько плохо в последний раз я чувствовала себя ранней зимой два года назад. Тогда, получив очередной отказ магического сообщества развивать мой дар, я умыкнула с конюшни Грома и накаталась до такой степени, что на трое суток слегла с лихорадкой. Стоило прийти в себя, и я вновь свалилась на целые сутки после того, как отец от всего сердца прошелся по моей пятой точке ремнем.

Жутко рассердившись, он запретил мне даже близко подходить к зельям и отварам. Лишь уговоры мамы помогли смягчить его сердце, и спустя месяц мне позволили вновь заниматься любимым делом.

А письма в различные сообщества, академии и прочие учебные заведения я писать перестала. Смирилась с тем, что мне не позволят совершенствовать свой дар из-за того, что я не магичка.