Травница

Может, Сергей решил, что опасность мне больше не грозит и не стоит тратиться на телохранителя для меня? Ну и пусть. Дело хозяйское. Но недоумение осталось каким-то тяжёлым ощущением на душе.

Закрыв окно, я присела на кровать. Почему-то в кресло не захотелось. Странно, но теперь комната мне показалась и пустой, и немного даже… чужой. А вот любопытно… Если в доме Сергея такие перемены пошли, может, мне каждый день теперь домой можно уезжать? В сторону дачного посёлка ездят несколько автобусов, мне приехать нетрудно.

Всё. Решили-постановили: спрошу сегодня за ужином. А-а… А пригласят ли меня на ужин?.. Тогда на вечерней перевязке.

В дверь поскреблись. Я встала и открыла Стаху. Он решительно прошёл в комнату и сел на кровать, где только сидела я. Ну вот… У меня здесь остались только Андрей и Стах, с кем можно поболтать. Раз наверх теперь мне путь заказан. Я невесело хмыкнула. Кажется, я теперь только прислуга. Или вольнонаёмная? Как это называется?

А не слишком ли быстро я оценила ситуацию как пропащую? Не накручиваю ли я себя? Сергей-то мне ещё ничего не сказал.

Однако, оглядев другими глазами комнату и вспомнив сегодняшние травы, заполонившие её, я подумала: было предупреждение, чтобы я не волновалась. А значит… Вполне возможно, я теперь здесь вообще не нужна… Я села рядом со Стахом. Не хочу думать, почему-то сразу мысли какие-то упаднические начинаются… Кот пересел ко мне на колени и вздохнул. Я его обняла и, забравшись с ногами на кровать, прислонилась к подушке. И мы уснули.

… А ещё здесь у меня оставался белый волк.

Я гуляла по сонному лесу, а волк следил за мной из-за всех деревьев. Во сне не было слышно звяканья цепи от капкана, но волчьи глаза, угрюмые и полные тоски, я видела постоянно…

Андрея на обед тоже не позвали. Он накрыл наверху на троих и спустился на кухню. Впрочем, он-то не горевал. Хотя был смущён, что не пригласили меня. Зато ситуация с ним заставила меня всё-таки остаться с ним обедать. В знак солидарности.

— Андрей, мне платят. Наёмная служащая не сидит с хозяевами за одним столом, — спокойно сказала я на его смущение.

 — Честно, я жду, что Сергей откажется от моих услуг.

— Нет, — твёрдо сказал Андрей. — Лина не сможет… э… работать с твоим снадобьем, так что ты останешься.

— А почему он уволил Вадима?

Глядя, как он накладывает в мою тарелку салат, я начала думать, как бы стать понезаметней. Вязаные вещи — забыть. Превратиться в тень. И одеваться как тень. Не высовываться. Деньги-то в любом случае нужны.