Травница

Я вдруг вспыхнула: ненакрашенная выскочила! И тут же усмехнулась. Надо же… В такой патетический момент о чём думаю… Глупая-то… И в спортивных штанах… Ну и что… Он тоже в спортивных. И босиком. То есть без обуви. В носках, из которых высовываются шуршащие края мусорных мешков, обернувших его ноги. Правда, ему без обуви позволительно…

— Я хотел извиниться, что не смог тебя уберечь от того, что произошло.

— Извинения принимаются, — осторожно ответила я. — Но я не собираюсь возвращаться.

Он выждал, не добавлю ли я ещё чего-нибудь.

А мне вдруг вспомнилось, как я бежала по чёрной от дождя дачной дороге — и из-за угла вывернула машина, ослепившая меня и напугавшая. От лица отхлынула кровь, я сразу похолодела и отвернулась. Глядя в окно дверцы, я неубедительно сказала:

— Но ведь ты теперь сам можешь всё делать. Ты умеешь обрабатывать язвы, ты умеешь делать снадобье. Списки нужного у тебя есть. Зачем я тебе?

— Думаю, для тебя не будет неожиданностью узнать, — ровно сказал Сергей, — что к любому лекарству нужна вера.

Я поверил, что однажды встану на собственные ноги. Но поверил только потому, что пару дней назад ты деловито сказала, что сделать это очень просто. Ты не закатывала пафосных речей, а просто-напросто начала перечислять, что именно для этого нужно. И я поверил. Не в лекарство. В тебя. Ты как талисман, с которым лекарство работает на сто процентов. Без тебя я не верю, что можно вылечить гангрену.

Обернувшись, я внимательно всмотрелась в его лицо, какое-то исхудалое со вчерашнего дня.

Как-то сразу стало понятно: опять ничего не ел. Как тогда, обречённо приготовившись к ампутации.

Я опустила глаза. Прикусила губу. Говорить не хотелось, но всё-таки неловко выдавила, глядя в сторону:

Он скривился, как иногда кривился от боли, когда я нечаянно задевала открытые язвы, а потом вздохнул.

— Света, видишь того человека, который сидит на скамейке?

Я взглянула в окно. На скамейке у подъезда сидел тот самый тип с собакой, которая сейчас смирно лежала у его ног.

Неподалёку стоял Андрей.

— Это Вадим. Твой телохранитель.

Обалдеть… Небось, тоже с пистолетом, как Андрей?

— Остаётся вопрос с твоей работой. Есть возможность взять отгулы за свой счёт? Я оплачу столько дней, сколько тебе дадут.

— … Я безработная, — призналась я. — По сокращению.

Он вскинулся сразу. Зелёные глаза засияли.

— Это надо расценивать как согласие?

— Но у меня несколько условий!..

— А собраться мне не надо? — рассердилась я.