Травница для инквизитора, или Ведьмам вход воспрещен (СИ)

Лишь сверлили друг друга задумчивыми взглядами, пытаясь хоть как-то разобраться в ситуации.

— Невозможно, — наконец произнёс инквизитор. — Все новые жители Истора тщательно проверялись не только мною, но и самой Агафьей. Она была умелой ведуньей. И ведьму не могла пропустить…

— И всё же пропустила… — возразила я.

Димитрий не ответил. Но я и так поняла, что он сомневается. Впрочем, и я не торопилась стоять на своём. Не складывалось. Может, мы и были близки в своих предположениях, но не хватало нескольких кусочков пазла.

И я надеялась, что после посещения источника ситуация станет более понятной. Лишь бы и в самом деле поздно не стало. Надо обязательно завтра закончить с гостинцами. Димитрий прав. Нельзя тянуть время.

Больше задерживаться в моей избушке инквизитор не стал. Выяснив всё, что ему необходимо, он раскланялся и ушёл. А я, наконец, смогла свободно выдохнуть, переводя взгляд на Васю.

К слову, кот, всё время, что здесь присутствовал Димитрий, притворялся чучелом. Не знаю уж, боялся он инквизитора или опасался, что тот будет мстить за недавнее нападение, но молчал.

Гоша, пока мы общались, задремал. Кажется, он вырубился практически сразу же, как мы стали с Димитрием пререкаться. Но оно и понятно. Уж слишком был слаб фамильяр Агафьи.

— Что теперь будем делать? — вдруг подал голос Вася, пока я задумчивым взглядом рассматривала паука, размышляя есть ли у нас хоть ещё один день или, счёт пошёл на часы?

— Спать. У нас осталось три-четыре часа.

— Не получится, Ариночка, — вдруг возразил фамильяр. — Дриадам твои саженцы нужны. Ты ж травница. Вероятно, должна новую культуру вывести…

— Вот те здрасти! И как я это сделаю? — всплеснула я руками, предварительно опустив кота на кровать.

— Надо в книгах Агафьи покопаться. Может, там чего найдём… — предложил вполне дельную идею Вася, а я кивнула.

— Ладно. Завтра, Вася. А пока спать, — сняв халат и забравшись под одеяло, скомандовала я. И кот не стал спорить. До утра оставалось всего ничего, поэтому было глупо и дальше сотрясать воздух пустой болтовнёй.

Впрочем, эти пару часов никак нам с Васей не помогли. Мы оба чувствовали себя разбитыми, с трудом разлепив глаза на рассвете.