Травница для инквизитора, или Ведьмам вход воспрещен (СИ)

Я тоже попыталась скосить глаза на своего помощника, обнаруживая, что тот переминается с лапы на лапу, будто боясь приближаться к нам. Хотя, помнится, не так давно ведь кидался на инквизитора, пытаясь защитить меня. Сейчас-то что с ним?

Взгляд кота, к слову, метался с меня на инквизитора и почему-то вокруг нас. Не знаю, что происходили, но его поведение настораживало. Впрочем, я быстро переключилась на самого инквизитора, ведь следующий вопрос поверг меня в недоумение:

— Кот говорит? — прищурившись, уточнил он, а я растерялась.

— Вася? — уточнила я на всякий случай. Знаю, ответ был очевиден, но я не понимала, что в этом такого. — Конечно. Он же мой фамильяр.

— Фамильяры ведьм не разговаривают. На то они и фамильяры. Вся их энергия уходит на поддержании полученной силы от источника в теле ведьмы. Болтовня — удел защитников ведуний. Гоша тому пример, — вдруг внёс пояснение мужчина, резко выпрямляясь и задумчивым взглядом окидывая сначала кота, а после и меня. — Почему, будучи ведуньей, ты не в курсе этого? Что-то не сходится… По моим данным, ты ведьма… Если только…

Было видно, инквизитора озарила догадка, но судя по выражению его лица, он не мог так запросто в неё поверить.

Да я и сама бы посмеялась, скажи мне кто, что в теле ведьмы теперь иномирянка. Но так оно и было, и я была не уверена, как на это отреагирует мужчина. И что вообще за это полагается.

— Иномирянка, значит, так? — вдруг всё же принял он единственный напрашивающийся вывод. — И как давно?

— Так, перед тем, как отправиться сюда, господин инквизитор.

Но хочу сказать, что меня никто не спрашивал. Я ни при чём. Лишь пытаюсь устроиться в этом мире и не стать… ведьмой, которую сожгут на костре… — уныло завершила я.

— Пока у вас неплохо получается, госпожа травница, — вдруг позволил себе усмешку Димитрий, а я почувствовала, как напряжение уходит и становится легче дышать.

— Значит, вы не будете меня…уничтожать? — с надеждой спросила я.

— Не буду. На вас, госпожа травница, у меня иные планы, — с некоторым предвкушением заявил мужчина.

— И какие же? — понимая, что зря задаю этот вопрос в ответ на откровенную провокацию, спросила я.

Но как и ожидалось, инквизитор не стал ничего говорить, а лишь склонился, словно желая поцеловать. Я даже замерла, почти приготовившись к поцелую, вместо того чтобы возмутиться. Знаю, каюсь, грешна. Но у меня нервы. Стресс!

Но этот гад будто нарочно остановился в последнюю секунду, когда между нашими лицами не было и сантиметра.