Травница, или Как выжить среди магов. Том 2 (СИ)

Если такая тварь появлялась, избавиться от нее было очень сложно.

— Не знала, что он водится в стенах академии, — задумчиво пробормотала я.

— Живет в зверинце, — кивнула единственная девушка в компании, рыжеволосая, с множеством веснушек и красивыми глазами цвета спелой вишни.

— Вот профессор Ллойд обрадуется, — хихикнул один из близнецов.

Я так и не разобралась, кто из них кто. На первый взгляд они выглядели совершенно одинаковыми, только родинки располагались на разных щеках.

— Долго болтать будете? — скривился парень с длинными черными волосами, которые были собраны в толстую косу, открывая уши со слегка заостренными кончиками.

Судя по серо-черному галстуку парня, он относился к студентам-некросам.

Я снова посмотрела на остатки своего огородика. Проблема заключалась в том, что я не смогла бы достать этого грызуна. Даже если бы очень сильно захотела. Я попросту не обладала магическим даром, а ухус являлся не обычным вредителем вроде крота, а настоящей магической тварью.

Значит, следовало звать Себастьяна. С ужасом представила себе, как он обрадуется. Не успел уйти из дома, а я с новым сюрпризом.

— Я сам все сделаю, — проговорил черноволосый, чьего имени я никак не могла вспомнить. Вроде бы оно начиналось на «э». Эмос? Элиос?

— Вечно Эмаиру достается самое интересное, — завистливо протянул один из близнецов.

«Ага, значит, его зовут Эмаир. Стоит запомнить».

— Надо было быстрее очередь занимать, — буркнул молодой некрос.

А потом приблизился ко мне и встал рядом.

— Ты бы отошла, Конте, мало ли что случится, — весьма непочтительным тоном велел он.

Впрочем, чего я ждала? Поклонов и реверансов? Пусть я и была женой Себастьяна, но все равно оставалась человеком. Да еще и младше их по возрасту. Поэтому спорить не стала и отступила назад, встав рядом с рыженькой Дианой.

Эмаир поднял руки вверх и закрыл глаза. В ту же секунду его окружила едва заметная серая дымка и потянуло холодом.

Тем временем дымка вокруг него начала принимать очертания, превращаясь в самую настоящую плеть, которая, слегка пульсируя, оплела запястье. А после, повинуясь едва заметному движению, устремилась в груду земли, где и исчезла.

Сначала ничего не происходило.