– Чешется, зараза! – объяснила она удивленно глянувшему на нее Андрею. – Так вот. Именно после звонка мне Жильцова что-то то ли услышала, то ли увидела, и это ее здорово напугало. Иначе она дождалась бы пятницы – ведь просила меня подъехать, чего ж тогда звонила-то? Это было спонтанное решение, принятое мгновенно, – убежать. Вопрос теперь в том, куда она делась после этого. Мать ее ничего не говорила?
– Ты удивишься. Она ничего не знает о самоубийстве, считает, что дочь отдыхает в санатории на море, – огорошил ее Андрей.
– Погоди… как это?
– А вот так. Сказала, что Даша улетела отдыхать, нервы лечить. Сама ей сумку собирала, отдала как раз Матюшкиной этой.
– Что-то мне перестала нравиться эта Соледад, – задумчиво проговорила Лена, воскрешая в памяти внушительную фигуру банкирши. – Устраивает подругу в клинику к давнему приятелю семьи, матери ее говорит, что Дарья улетела отдыхать, даже домой не заехала, врачу – что мать Дарьи за границей. Не многовато ли вранья на одну даму?
– А какова цель у этих сложных манипуляций?
– Пока не знаю.
Но это как-то подозрительно, не находишь?
– Давай пока сосредоточимся на исчезновении Жильцовой, а там подумаем, что делать. Куда денется эта Матюшкина?
– Не была бы я так уверена, – пробормотала Лена. – У меня сегодня ощущение, будто я весь день всюду опаздываю.
– Смотри, вот она! – ткнув пальцем в монитор, сказала Лена. – Отмотай чуть назад, секунд на сорок.
Андрей послушно щелкнул мышью, и на мониторе возник пропускной пункт и женщина в светлом легком пальто, отдающая пропуск охраннику.
– Может, не она? – засомневался Паровозников, увеличивая изображение."
"– Она. Я ее хорошо запомнила. Походка у нее довольно характерная – как будто несет себя. Так ходят уверенные в своей красоте женщины, а Жильцова все-таки королева красоты, если помнишь. Да и пальто такое с кроссовками можно надеть только вынужденно, – ткнув концом ручки в монитор, сказала Лена.
– Мужчинам, конечно, это не очень очевидно, но все-таки… Время видишь? Четырнадцать ноль две. У нее было около получаса, чтобы реализовать свой план после звонка мне. Надо позвонить Судаковой, пусть поминутную картину ее существования из главного врача вытрясет. Сдается мне, что именно он явился причиной спонтанного бегства Жильцовой. Звони, я пока нос сбегаю попудрить.
– Бегунья! – фыркнул Андрей. – Проводить тебя?
– Не заблужусь.
