– Понимаете, практически все складывается таким образом, что это вы убили Полосина. Из ревности.
– Что? – Жильцов изумленно смотрел на Лену, словно смысл ее слов доходил до него с трудом.
– Опровергните, – предложила она. – Вы обнаружили переписку вашей супруги с Полосиным – думаю, вам, как владельцу охранного агентства, это не составило большого труда, – дождались, когда Полосин приедет на квартиру вашей тещи, где они договорились встретиться с Дарьей, и там убили его. Один вопрос: куда вы дели орудие убийства? И что это было, кстати? Отвертка?
– Да вы в своем уме? – взревел Жильцов, вскакивая, но Лена спокойно сказала:
– Сядьте, Виктор Владимирович, пока охрана не вмешалась.
Вам это не пойдет на пользу. И не кричите на меня, давайте говорить спокойно и конструктивно.
– Да о чем тут разговаривать? Это ведь бред собачий, простите за фигуру речи! Я никого не убивал!
– Не убедили. За время моей работы никто из обвиняемых в убийстве не признал себя виновным сразу.
– Так доказывайте! Доказывайте, к чему вам мое признание? Тем более что мне не в чем признаваться!
– Больше ничего не добавите?
– Нет.
– Тогда встретимся завтра.
Она нажала кнопку вызова конвоира, и Жильцова увели. Лена собрала бумаги и тоже покинула здание СИЗО, направляясь к парковке, где в машине дремал Паровозников.
– Завтра с утра мне нужна на допрос Дарья Жильцова, – сказала она, садясь в машину.
Паровозников открыл глаза, взъерошил волосы.
– Я надеялся, что ты выходной возьмешь.
– Некогда. Но знаешь что? – вдруг сказала она, повернувшись к Паровозникову.
– Мне кажется, что тут не все так просто.
– Не накидывай, Ленка, – поморщился Андрей, сворачивая на одну из центральных улиц. – Чего там непростого? Ты все правильно говоришь: жена Жильцова увлеклась этим Полосиным, они решили встретиться после года переписки. Тут так удачно мать Жильцовой на дачу переехала, квартира свободна, ключи есть – смотри, как удобно, да? А муж Жильцовой каким-то образом наткнулся на переписку, выследил этого Полосина, завалил его и смотался в Бразилию с семейством.
– Тогда вернулся зачем?
– Понадеялся, что утряслось уже.
– За неделю-полторы утряслось? Думаешь, он не понимал, что труп в квартире тещи автоматически делает его подозреваемым как минимум?
– Лена, он мог в горячке об этом и не подумать, разве нет? Жену он любит, это все говорят. Так что, не мог у мужика разум помутиться, когда переписка эта вскрылась? Узнал место встречи, приехал раньше и разобрался как смог.
