В аэропорту нас встретил Толик и отобрал документы. Затем нас стали вынуждать заниматься проституцией. Многие девчонки согласились, но я не смогла. Я убила
Толика прямо в машине, и никто об этом до сих пор не знает. Когда нас привезли к Григоричу, то он решил, что Толика убил какой-то Марат. Для этого нужны были подтверждения, и он дал мне диктофон.
Марат встал и нервно зашагал по комнате.
— А как же муж?
— Да нет у меня никакого мужа и не было никогда.
— А как же номер за три тысячи долларов?
— Его снял Григорич.
Он неплохо потратился, видно, здорово ты ему насолил.
Марат с ужасом посмотрел на кассету, а затем перевел злобный взгляд на меня.
— Значит, ты обычная проститутка и все это время мне врала?!
— Насчет проститутки ты ошибся. Я никогда ею не была и не буду, именно поэтому мне пришлось грохнуть этого придурка Толика, а насчет вранья ты прав. Все это время я действительно врала тебе.
Марат, словно не слыша моих слов, метался, как тигр в клетке.
— Ты убила Толика? Почему? — наконец опомнился он.
— Он хотел чтобы я не только танцевала, но и трахалась с клиентами.
— Значит, ты работаешь на Григорича?
— До сегодняшнего дня я работала на Григорича.
Марат подошел ко мне и сел рядом.
— Почему ты отдала мне кассету?
— Потому что я в тебя влюбилась…
Марат тяжело вздохнул, взял меня за подбородок и чуть слышно произнес:
— Мне очень жаль, что ты такая же, как все. Обычная, дешевая, наивная дурочка.
Я резко оттолкнула его руку и постаралась сдержать слезы.
— Ну, извини, Марат, я такая, какаяесть, ни больше ни меньше. Я одна из тех,
кто имеет незаурядную внешность, но незнает, как более выгодно ее продать. Ты хотел иметь отношения с состоятельной дамочкой, женой нового русского, но, увы, твои надежды не оправдались — у меня нет ни состояния, ни крутого мужа. Когда зашла в тот номер за три тысячи баксов, сама одурела.
Поднявшись, я подошла к входной двери. Неожиданно с Марата упала простыня, и он остался в чем мать родила.
Я с усмешкой оглядела его фигуру:
— А ты неплохо сложен.
— Ты тоже ничего. Как жаль, что ты обычная.
— Мне тоже.
— Как ты могла поехать, ведь ты же не дура?! Зачем ты вообще приехала в Токио?!
— За деньгами. Знаешь, когда мучит постоянное безденежье, начинаешь тупеть и деградировать. То же самое произошло и со мной. Я не знала, что все эти объявления о трудоустройстве за границу самый настоящий лохотрон. Хотя в этом что-то есть.
