— Аврора, зачем тебе вообще о чём-то беспокоиться? Живи себе и живи, занимайся моим сыном…
— Не говори так, — перебила его. — Мы хоть и знаем друг друга всего ничего, но я могу уверенно сказать, что меня волнует судьба этого ребёнка и моя собственная… ну-у-у, и твоя тоже.
Последнее я добавила как-то неуверенно и, похоже, Эрик это почувствовал.
Он криво улыбнулся.
— Хоть судьба моего ребёнка тебя интересует, — он прикрыл на секунду ладонью глаза, протирая их, словно после сна и сказал: — Из-за моих проблем с компанией, где я работал, нас выселяют из моего дома.
Компания приписала мне долги как бывшему руководителю и так как мои счета пусты, то забирают дом. За свои деньги не беспокойся, их не тронут. В общем, мне предложили в течение месяца переехать в социальное жильё… Проклятье! Ты даже не представляешь, что такое социальное жильё!
Новость, конечно, меня обескуражила, буквально на мгновение, но паники у меня не возникло. Ведь жить-то есть где. Мне вообще нравится отношение властей к своему народу.
Даже взять мою персону; меня не выкинули на улицу, не сдали в псих. клинику или тюрьму, не стали на мне опыты ставить, а передали на попечение мужчине, нашедшему меня, да и ещё и денег выделили.
Не знаю, что там за проблемы у Эрика с компанией, что отбирают у него дом, но, тем не менее, на улице-то не оставляют!
— Ну-у-у… это конечно неприятная новость, но я думаю, что не стоит отчаиваться. В любом случае, крыша над головой у нас будет…
Эрик вздохнул и посмотрел на меня, как на безумную.
— Да что с тобой говорить, — прошептал он очень тихо, но я всё равно услышала.
Ах, Эрик, Эрик… Если бы ты только знал, в каких условиях порой мне приходилось жить, пока я не встала на ноги и не заработала на свою собственную квартиру. Мой мир так отличается от твоего… Но всё познаётся в сравнении. Похоже, Эрик просто не знает, что такое на самом деле плохо и для него данная жизненная ситуация, сродни концу света.
Аэромобиль потихоньку и плавно направился дальше, а я не смогла сдержаться, чуть наклонилась вперёд, положила руку ему на плечо и сжала.
— Мы справимся Эрик, — сказала уверенно. — Даже если нам придётся переехать, на этом жизнь не закончится. Ты ведь теперь не один. Я буду помогать тебе, чем смогу.
Он странно посмотрел на меня в зеркало, моргнул, но ничего не сказал.
Что ж, время покажет, как будет складываться наша совместная жизнь.
Я снова погладила сына по голове. Внутри у меня царило умиротворение.
