— И после этого я сразу поняла, что это Алена и есть.
— И вы с ней не поговорили?
— Поговорила.
Улучив минутку, когда возле Алены никого не было, Анна подошла к девушке.
— Да, я просто подошла к ней и прямо спросила, какого черта она вытворяет?!
В ответ на этот вопрос Алена, как показалось Анне, сначала страшно смутилась. А потом разрыдалась. От слез потекла ее тушь. И Анна поспешила утащить свою бывшую ученицу в ванную комнату.
— Сколько раз я тебя учила: если накрасила глаза, никогда не реви! — сердилась она.
— Дождись, когда останешься одна и никто тебя не увидит. Ну на кого ты теперь похожа?
Алена в самом деле выглядела жалко. И так как рыдать она не переставала, то вслед за тушью потекла и другая косметика. Дело было совсем плохо. И, усадив девушку на край ванны, Анна принялась колдовать над ее лицом. Для начала она умыла Алену. И дала той выпить холодной воды. Ничего более подходящего в этот момент у нее под рукой не оказалось.
— Выпей и расскажи мне, как ты докатилась до жизни такой, — строго велела она Алене.
Но если первую часть приказа Алена выполнила беспрекословно, то насчет второй половины возникли проблемы. Воду она выпила. А вот говорить о том, как ее угораздило стать проституткой, Алена упрямо не хотела.
— Так получилось, — твердила бедняга, заливаясь слезами вперемешку с поплывшими румянами. — Так получилось."
"И к тому моменту, когда в раковине накопилась приличная лужица грязновато-розовой водички, Анна поняла, что просто так Алену ей не разговорить. Но Анна достаточно насмотрелась на разных девушек и знала, что если подход к каждой должен быть индивидуальным, то коньяк развязывает язык буквально всем.
Выскочив из ванной комнаты, она проигнорировала ехидный взгляд того самого друга ее мужа — пакостника и мерзавца, схватила со стола початую бутылку и пулей метнулась обратно в ванную комнату. Муж пытался ее остановить, но Анна только махнула рукой.
Алена все еще рыдала. Но от коньяка не отказалась. Хотя та Алена, которую помнила Анна, еще два месяца назад и капли в рот не брала, оказываясь самым скучным гостем на каждой вечеринке.
Однако, глотнув сейчас коньяка, Алена в очередной раз подтвердила свою незаурядность. Вместо того чтобы разговориться, она помрачнела и замкнулась в самой себе окончательно.
Все так же молча она привела себя в порядок. И, больше не рыдая, обняла растерявшуюся Анну и сказала:
— Не хочу, чтобы вы думали обо мне плохо. Я — не проститутка. Но просто так надо. Вы мне верите?
Анна не верила.
