Только так! Так стоит ли такое «сокровище» возвращать Лиле? Но подруги дали ей слово попытаться наладить ее личную жизнь. А дал слово — держи!
Но начали они издалека. С расспросов о семье Саида. И обсудив брак его родителей, его собственный брак, они плавно перешли на сестру лучшего друга — Лилу. И тут Гасан снова онемел. У него даже лицо окаменело, словно у гипсовой статуи. И стало совершенно ясно, что можно его на части резать, он про Лилу и слова не скажет.
— Да, тяжелый случай, — вполголоса заметила Кира, когда Гасан ненадолго отвлекся на поступивший ему на сотовый звонок.
— Тяжелейший!
— Так он нам про свои претензии к Лиле ничего не скажет.
И подруги продолжили расспрашивать его про семью Саида, не упоминая Лилу.
— Но как вы думаете, она ему изменяла?
— Кто? Алена? Да вы что! — возмутился Гасан. — Она же души в Саиде не чаяла! Я всегда считал ее образцом настоящей преданной жены. И для себя желал бы точно такую же. Нежную, добрую и верную.
Последнее слово вырвалось у него с особой горечью. Так не в этом ли крылась разгадка его отношения к Лиле? Подруги решили для себя, что надо еще раз поговорить с девушкой. А пока надо подобраться к неизвестной им Томе.
И, наконец, подруги получили добро на разговор с этой женщиной.
— Я могу отвезти вас к ней прямо сейчас, — предложил Гасан.
— Спасибо, но мы на машине.
На лице мужчины промелькнула тень неодобрения.
— Женщине не место за рулем машины, — назидательно произнес он.
— У вас что, мужей нет?
— Нет.
— Оно и видно!
В общем, расставаясь с Гасаном, подруги не были уверены, что такой жених будет подходящим мужем. Уж слишком много претензий накопилось у него к женскому полу.
— Боюсь, его будущей жене будет совсем не сладко с таким супругом.
— Он под завязку набит предрассудками. Уверена, что и с Лилой он порвал из-за какой-нибудь ерунды.
— А теперь страдает и вредничает.
— Ну и дурак!
— Но он и Лилу заставляет страдать.
— А вот это уже подлость!
К Томе подругам пришлось ехать через центр города. Время уже близилось к вечеру. А вечером, и подруги это прекрасно помнили, им предстояло явиться пред ясные очи господина Апостола. Нельзя сказать, чтобы это свидание не волновало их. Напротив, стоило подумать о нем, как под ложечкой у каждой из них начинало сосать. Но они мужественно держали недобрые предчувствия при себе.
