Думаю, что уже и прооперировали. Но выяснить состояние старика я не смог. Тут кто-нибудь повыше меня нужен. Полковник полиции для них не авторитет.
— Это какая же бабка Осипову ворожит? — удивился Орлов. — Щербаков никак не мог еще ночью на все кнопки нажать и туда его отправить. Мы же к этой клинике никакого отношения не имеем. Узнать в утренней сводке о том, что с Осиповым беда приключилась, — это да, но остальное? Значит, тут кто-то другой постарался. Наверное, этот доброжелатель и попросил Щербакова подключиться.
Ладно, попробую завтра что-нибудь выяснить по своим каналам. Ну вот, Лева, — сказал Петр, поворачиваясь к нему. — А ты уже готов был всех собак на Щербакова повесить. Заподозрил его в личной заинтересованности и всем таком прочем.
— Гуров — он такой! — поддакнул Крячко. — Ангелов небесных может заподозрить в том, что они постояльцам в раю манную кашу не докладывают и червивыми яблоками кормят!
— Да ладно вам! — Лев Иванович поморщился. — А что еще мне оставалось думать? Скажи лучше, что интересного ты об Осипове в Интернете нашел.
— Все скажу, ничего не утаю, — охотно согласился Стас. — Потому что нечего. Нет там ничего об этом Осипове.
— Значит, будем действовать по старинке, — заявил Лев Иванович. — А то привыкли уже, что стоит залезть в Интернет, а там тебе ответы на все вопросы. Начну я прямо сейчас — поеду по его московскому адресу. Уверен, что соседи обязательно мне о нем что-нибудь расскажут. А то какой-то секретный физик у нас из Осипова получается.
— Я с тобой. Мне дома делать нечего, — подхватился Стас.
В квартире Осипова, расположенной в стандартной девятиэтажке в районе Беляево, сыщики, конечно, никого не застали. На их звонок вышла очень словоохотливая соседка, пожилая женщина. Она, к сожалению, недавно переехала в этот дом и была едва знакома с Ильей Павловичем и его женой. Зато знала Смирновых, живших в соседнем подъезде, которые давно работали у Осиповых и иногда заходили в их городскую квартиру, чтобы чего-нибудь взять и отвезти в Березки.
"
"Обрадованные напарники рванули туда, ожидая, что вот сейчас все и прояснится, и попали в настоящий дурдом. Дверь в квартиру была даже не закрыта. В кресле сидела женщина неопределенного возраста, зареванная до того, что глаза ее превратились в щелочки, а лицо цветом напоминало сырое мясо. Вокруг нее суетились две какие-то тетки, судя по домашним халатам, соседки. В квартире стоял стойкий запах корвалола.
