Трепет. (не) его девочка

Наши чувства запретны. Наша любовь невозможна. Но как бы я ни пыталась сопротивляться, рядом с ним внутри меня зарождается трепет, с которым я не могу справиться. Боюсь, что однажды он превратится в настоящий смерч и разорвет мою жизнь на кусочки, оставив после себя лишь обломки моего сердца.***************— Отпусти меня, — шепчу еле слышно, глотая слезы.— Я не могу…— Ты меня сломаешь, Рустам. Убьешь, уничтожишь…— Ты меня уже сломала, убила, уничтожила, Яна. Без тебя я не хочу дальше… Не получается.В тексте есть: разница в возрасте, одержимость, отчимОграничение: 18+ВСЕ ГЕРОИ СОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ! ИНЦЕСТА И НАСИЛИЯ В КНИГЕ НЕТ!

— Ты не можешь этого хотеть… — шепчу еле слышно, глядя на мужчину, сидящего в кожаном кресле.

Полумрак кабинета скрывает его лицо, но я точно знаю, как он сейчас на меня смотрит. Холодно, высокомерно, покровительственно. В его темных глазах нет жалости и нежности. В них нет сомнения и сострадания, только твердая ледяная решимость, способная раздавить, сломать, покалечить.

Он наклоняется чуть вперед и вытягивает руку.

Берет со стола пистолет. Щелчок. Снимает его с предохранителя.

Я нервно сглатываю и сжимаю замерзшие пальцы рук. Так холодно. Словно сейчас не теплая летняя ночь, а середина декабря. Мороз царапает кожу, пробирается к душе и обволакивает ее своим безжалостным дыханием.

Темная фигура поднимается из-за стола. Я машинально вскидываю голову и отступаю назад, упираясь спиной в дверь. Сердце бешено колотится, норовя пробить грудную клетку.

Он приближается ко мне.

Медленно, спокойно, как хищник, не желающий спугнуть добычу. Ноги деревенеют, примерзают к полу, когда он оказывается в полуметре от меня. Еще ближе, и я инстинктивно выбрасываю руки вперед. Они ложатся на его грудь. Я хочу оттолкнуть его. Пусть отойдет. Пусть убирается в чертов ад. Но он не двигается с места. Запах его парфюма заполняет легкие, обжигает их, скручивает. Я трясу головой, чтобы избавиться от этого ненавистного аромата, чтобы не вдыхать его, не чувствовать, не запоминать.

— Почему же не могу, Яна? — его горячая ладонь сжимает мой подбородок. Он сдавливает мои щеки и заставляет смотреть прямо на него. В густую черноту его жестоких глаз.

— Ты… — сиплю ему в губы, — ты мне как отец. Ты же воспитывал меня как родную дочь! Как ты можешь просить меня об… этом?!

— Ты. Мне. Не. Дочь, — чеканит мужчина. — И я тебя не прошу об ЭТОМ. Это условие.

Я скорее ощущаю, чем вижу его усмешку. Слышу, что он сжимает-разжимает рукоять пистолета.