Наконец, в-третьих, когда Потоцкий начал было раскланиваться с Эриком, прощаясь до завтра, тролль каким-то особенным проникновенным голосом вдруг сказал:
– Дорогой Эндрю, простите, что я отнял у вас столько времени, но я вовсе не шутил про дневник сестры Люсии. Что же касается его стоимости, то, как я уже вам сказал, это будет приемлемая для вас цена.
– А именно? – поднял глаза Потоцкий.
– Мне нужно сотрудничество.
– Простите?
– Сотрудничество по некоторым направлениям, в которых работает ваша организация «Феникс».
Так сказать, кое-какие научно-технические новинки и все такое.
– И вы считаете, что такое сотрудничество и есть приемлемая для меня цена?
– А почему нет, Эндрю? – слегка пьяным голосом сказал тролль. – Я же собираюсь передать вам, может быть, самую главную тайну всего прошлого века. Разве она того не стоит?
Судя по количеству выпитого троллем виски, он постепенно уплывал в какую-то иную реальность, мало связанную с тем, что происходило здесь, на земле. С другой стороны, отдал должное Потоцкий мудрости тролля, оттуда ему было куда удобнее вести переговоры о таком предмете, как третий секрет Фатимы.
– Поговорим об этом тогда, когда я пойму, сколько она весит – ваша главная тайна человечества, идет?
– Конечно, – тряхнул головой тролль. – Но смею вас уверить, она очень много весит, она способна перевернуть все наше хрупкое спокойствие... Знаете что, Эндрю? Выпейте со мной. Выпейте так, как вы, русские, это умеете. С вами чертовски приятно выпивать...
В этой последней просьбе шведа Потоцкий отказать ему не смог.
* * *Когда Андрей Потоцкий уехал на прогулку по вечернему Осло, Эрик Густавссон позвал Ингелу и попросил сварить ему кофе покрепче. Она с удивлением посмотрела на хозяина – никогда раньше она еще не видела, чтобы он вот так выпивал.
– С вами все в порядке? – вежливо спросила она.
– Девочка моя дорогая... – вдруг слегка дрожащим голосом сказал тролль и как-то жалобно посмотрел на нее.
У Ингелы перехватило дыхание, как будто она сильно-сильно раскачалась на опасных качелях.
Знал бы он, как долго она ждала от него этих слов...
* * *...До недавнего времени жизнь Ингелы Лунд, родившейся в средней норвежской семье в городе Осло, была совершенно стандартной и правильной. У нее были классные родители: мама – детский врач и папа – офицер криминальной полиции, она не болела тяжелыми болезнями, успешно занималась спортом, еще успешнее училась сначала в школе, а потом на филологическом факультете университета.
