Третий Генерал: Тома I-II

Немалая часть мира и его населения являются колониями более сильных государств, из которых высасывают все соки, а отношение к местным как к рабам или третьему сорту. Дворянство и правящие роды крепко держат власть, а простые люди всё чаще бунтуют. Как итог происходят различные теракты и заказные убийства на что власти отвечают ответным террором с облавами, серьёзными сроками и казнями. А ещё регулярно кто-то с кем-то воюет: с десяток мелких конфликтов и одна-две крупные войны за один век обычное дело, иногда бывает в разы жёстче.

Империи нужно перерождение. И я обеспечу его, хотят того наделённые властью или нет. Не впервой мне перевоспитывать или даже убивать тех, кто стоит на пути лучшего блага. Щадящий подход моего короля погубил королевство и объединил против нас весь мир. Так что теперь я буду действовать как считаю нужным. Нужно будет перебить нескольких правителей и поменять границы королевств и империй, значит это будет сделано.

Но я пока стараюсь слишком глобально не мыслить. Начинать надо с малого.

Вот и те пару лет, что я уже нахожусь в этом мире, активно занимался собственным развитием. А теперь, видимо, пора делать второй шаг, после чего события начнут набирать обороты и эти шаги придётся делать всё чаще и чаще. И, в конце концов, придётся начать бежать.

Наконец-то на горизонте появился четвёрка необучаемых хулиганов. Как-то они не слишком спешили. Наверняка Деревязин от радости попытался колдовать и быстро выдохся. Вот они сюда и не спешили, Саше надо было восстановить силы.

На многое он не способен и резерв маленький, однако в этом его преимущество — резерв восстановится в считанные минуты. Времени нужно как раз столько же, сколько прогуляться от нашего детдома до озера неспешным шагом.

— Саша, вот скажи, у тебя инстинкт самосохранения вообще есть? — Спросил я главаря шайки, когда они подошли поближе. — Сколько раз за последние три года я тебя бил, выдавал очередную порцию втыков за тупость и просто учил быть хорошим человеком? Я, конечно, не академик Павлов, но выработать у тебя или даже скорее вдолбить нужные рефлексы уже должен был.

Это очень многое говорит о тебе, причём исключительно плохое, а не хорошее.

— Смейся, баран, всё равно ты сегодня сдохнешь, — кровожадно улыбнулся Деревязин остановившись со своими подчинёнными в нескольких метрах от меня. — Тебе конец!

— Никакой фантазии, — вздохнул я, поднимаясь на ноги. — Постоянно одно и тоже слышу от тебя, ты бы хоть иногда что-то новое выдавал.