Третий

На стенах в углах и на полу одна ржавчина. Помещение спальни в миграционном центре выглядело стерильной палатой больницы по сравнению с тем, где он оказался.

Пить. Встал и сделал несколько шагов до мойки. Кран со скрипом открылся и в мойку потекла тонкая струйка воды. Набрал полные ладони воды с жадностью напился, после попытался умыться и смыть засохшую кровь. Меня это освежило, голова немного прояснилась.

— Может, открыта? — я с надеждой посмотрел на дверь.

Дверь оказалась закрытой и, судя по вмятинам, оставленным на ней, её уже проверяли на прочность.

«Похоже, я в местной тюрьме, — решил для себя. — Неужели я прикончил этого хмыря, что лежал на моей кровати? Жаль, если так».

Вот только я не выяснил, какое наказание здесь за это полагается. Этого хмыря мне было совсем не жалко. Он мог просто освободить мою койку и остался бы жив. Впрочем, что сделано, то сделано. Вскоре я понял, что драка позволила мне выплеснуть накопившуюся злость и немного забыть произошедшее между мной и Ланой. По крайней мере, в тюрьме должны кормить, а здесь почему-то не кормят.

Не знаю, сколько времени прошло, когда в двери открылись и на пол выпал небольшой цилиндрик черного цвета. Что это, я не понял. Сначала подумал — бомба, но взрыва не происходило, и тогда я осторожно подошёл и посмотрел. На нём оказалась надпись, и я попытался её прочитать: «Универсальный энергопаёк Шмидта». Батарейка, что ли? Зачем мне батарейка? И куда я её должен вставить?

Посмотрел на единственную панель, тускло освещавшую помещение.

Зачем она мне? Решил всё-таки поднять этот паёк с пола. Вот только когда поднял, заметил ещё одну надпись. Видимо, она была сделана для таких, как я: «Съедобно». Значит, точно тюрьма. Распечатал упаковку, обнаружил внутри что-то прозрачное, очень похожее на силикон. В других условиях точно не стал бы это есть, а так, зажмурившись, откусил кусочек и прожевал. Почти безвкусно. Возникло ощущение, что жуешь какой-то парафин. Впрочем, жутко хотелось есть, и я откусил ещё — почувствовал кислинку. Так я съел всё и понял, если не чувство голода, я бы никогда не стал есть это. Впрочем, выбора у меня не было и через несколько часов из двери выпал такой же цилиндрик и мне снова пришлось его грызть. Когда грыз, представлял, что это такой фрукт. Мы с Ланой покупали на этой станции несколько штук на пробу.

Утро у меня началось с того, что со скрипом открылась входная дверь.

— Выходи!

От яркого света я не мог рассмотреть кто это, но послушно вышел из камеры.