Онлайн-библиотека книг
Есть вещи, которые потерять невозможно. Можно их только предать, изменив своему назначению.
Лишь одного Ирка сделать пока не решалась: взглянуть на ноги. Двигать ими она не пыталась, хотя и ощущала странное, незнакомое покалывание в ступнях.
«И долго ты будешь трусить? Вставай и иди, дрянь! Не можешь идти – ползи! » – подумала она и, закрыв глаза, попыталась шевельнуть большим пальцем. Шевельнула и так и не поняла: получилось у нее или нет – так велик был страх неудачи. Пот, холодный как вчерашний бульон, заливал лицо.
«Ну же! Ну! Так и будем лежать и ждать, пока Бабаня вернется и погрузит нас на колясочку? Вперед! Двигайся, дохлая лошадь!»
Рассердившись на себя, ненавидя ощущение страха как таковое, Ирка повернулась, с привычным недоверием уставилась на ноги и… вместо того, чтобы обрадоваться, помрачнела, заподозрив подвох."
"Если прежде ее ноги напоминали обтянутые кожей кости скелета, то эти могли бы принадлежать модели. Сильные, ровные, смуглые. Идеальной формы колено. Бедро бегуньи или танцовщицы.
Ирке внезапно захотелось заплакать. Устроить истерику в духе театра драмы. Швырнуть что-нибудь в стекло кухни, чтобы оно брызнуло осколками, острыми, как обида, режущими, как разочарование. Что-нибудь в меру тяжелое, чтобы перед ударом в стекло оно успело описать в воздухе красивую дугу.
Она ощущала себя ребенком, который без разрешения заскочил в магазин игрушек, взял дорогую куклу и вертит ее в руках, зная, что сейчас прозвучит строгий голос и придется положить ее на место.
– Вот ты где? Хочешь, чтобы я всюду тебя искала? Я с тобой на улице поговорю!
Но секунды томительно текли, а грозный голос все не звучал. Старые мертвые ноги тоже не возвращались.
Ирка встала, пошатываясь. Встала и удивилась, что навык этого движения не позабыт и не утрачен.
Ирка сжала и разжала пальцы. Они остались прежними, но на деле неуловимо изменились. Запас сил, который она чувствовала, не был запасом силы смертного.
