Тревоги любви

— Ты не откажешься объяснить свое замечание?

Джеймс сел напротив него и с едкой ухмылкой обвел глазами:

— Роскошная обстановка. Во сколько она тебе обошлась?

— Перестань, Джеймс! Тот пожал плечами:

— Все очевидно, дорогой мальчик. Я же видел, как она вышла из твоей комнаты как-то утром. Вы ведь там не в прятки играли, правда? А когда вы выходите из спальни, то стараетесь выглядеть как чужие. Столько женщин готовы есть у тебя с ладони — а она что, недосягаема?

— Она не похожа на других женщин. Она необычна… и дело в том… Я хочу, чтобы она пришла ко мне по собственной воле, а не из-за обстоятельств, когда у нее не было выбора.

— Ты хочешь сказать, что она не хотела идти к тебе? — Энтони нахмурился, чем вызвал смех Джеймса. — А может были неприятности из-за той блондинки? Неужели она что-то унюхала? Ты должен был объяснить ей подоходчивей."

"— Советы от тебя — это последнее, что мне нужно, — вскипел Энтони. — У меня своя стратегия в отношениях со своей женой.

— Очень странная стратегия. Свидетелем ее я был: враги — днем, ночью — любовники.

— А если не сдается, то что?

И тут в дверях показалась Нетти.

— Извините меня сэр Энтони, но леди Розлинн хотелось бы сказать вам несколько слов.

— Где она?

— В своей комнате, мой господин. Она не очень хорошо себя чувствует, чтобы спуститься.

Энтони недовольно посмотрел на женщину.

— Черт возьми!

— Вы только посмотрите? Он узнал, что его жена больна и вместо того, чтобы беспокоиться, — удивился Джеймс.

— Замолчи, Джеймс, ты же не знаешь, о чем идет речь! Если она больна, то тем, о чем сама молилась. Я заметил это еще утром… — Энтони замолчал, почувствовав, как брат заинтригован. — Черт возьми, она собирается мне сказать, что я буду отцом.

— А… ну, это же превосходно! — радостно сказал Джеймс, но, заметив хмурый вид Энтони, нерешительно добавил:

— Не так ли?

— Я знаю, это ты придурок! Я хочу ребенка. Я просто не хочу всего, что сопутствует беременности.

— Цена отцовства, разве не знаешь? Боже праведный, всего несколько месяцев тебе придется побыть вдалеке от постели леди.

Энтони поднялся, его голос был спокойным и холодным:

— Ну если это продлится несколько месяцев, то, может быть, ты и прав, братец. Но боюсь, с того момента, когда жена объявит мне о своем положении, начинается мое отлучение.

— Что это за идиотская идея? — вскричал Джеймс.

— Это, черт возьми, не моя идея.