Тревоги любви

Она стояла так уже минут тридцать, после того, как она покинула столовую, пообедав с Джереми и его кузеном Дереком.

Приезд Дерека Мэлори по крайней мере развлек ее на время. Он был очень красивым молодым человеком ее лет со светлыми волосами и темно-зелеными глазами. У него была прекрасная фигура, и он был одет в щекольский вечерний костюм. Розлинн хватило полминуты, чтобы понять, что он пошел по пути своих дядей. Еще один распутник — не много ли для одной семьи?! Но в Дереке Мэлори было так много мальчишеского, и это делало его очень обаятельным.

Его реакция на сообщение о женитьбе дяди была такой же, как у Джереми: вначале недоверие, потом радость. Он был первым, кто назвал ее «тетя Розлинн», и не в шутку, чем очень удивил ее в первый момент. Теперь она действительно была тетей, и у нее была куча племянников и племянниц. Если верить Джереми, все члены семьи будут рады женитьбе Энтони и отнесутся к Розлинн с благодарностью и любовью.

Но Джереми и Дерек ушли, а Розлинн поднялась наверх и вот уже полчаса стоит в одной позе, наблюдая за движением на Пикадилли.

С одной стороны, она боялась, что что-то могло случиться с Энтони. Он заставил ее страдать тем, что ушел, не сказав ей ни слова. С другой стороны, она чувствовала себя покинутой, что и говорить, она чувствовала злость — как же он мог уйти так надолго. Ей было крайне неприятно, когда она не смогла объяснить Дереку отсутствие Энтони. А он просто отправился на целый день по своим делам без объяснений, даже не подумав, что у него есть жена, которая волнуется за него.

Она заказала особенный ужин, надеясь, что Энтони придет к нему вовремя. Он не пришел. Ее беспокойство перерастало в ярость.

Наконец-то у их дома остановился экипаж. Розлинн выбежала из комнаты и отослала Добсона, который хотел открыть дверь. Ей хотелось сделать это самой. Но Энтони уже входил, и с ним все было в порядке. Ей хотелось ударить и обнять его одновременно.

— Боже, не смотри на меня так, дорогая.

Не могу передать, насколько чертовски гадкий день был у меня.

— Почему бы тебе не рассказать мне? — Розлинн стояла посередине дверного проема, не давая ему пройти.

Акцент выдавал ее. Он сделал шаг назад, чтобы разглядеть ее получше, и заметил перекошенное лицо и плотно сжатые губы.

— Что-то не так, дорогая?

— Вы знаете, сколько времени, молодой человек?

— А, понимаю, — он засмеялся. — Ты скучала по мне, дорогая?

— Скучала по тебе? — она фыркнула.