Три дикаря для попаданки

Лиза предположила, что он начальник всех остальных воинов и стражников. Понять бы еще, что или кого они все так активно сторожат. Но при этом он называл красивого и пафосного Кая господином.

Не, этого не может быть, все вокруг –это отлично поставленный спектакль. Реалити-шоу.

– Она просила пить…пить… воды…пить.

– Что она делала еще?

А что она вообще могла тут делать? В бильярд играть?

Рикон внимательно рассматривал девушку, шарил взглядом по телу, останавливаясь на обнаженных, ничем не прикрытых коленях, бедрах, плечах.

Этот мужчина был страшнее и опаснее его. Зверь разорвет тебя защищаясь, чувствуя исходящую от тебя опасность. А человек осознанно сделает больно.

– Спала...потом проснулась…Густ…я Густ...пить дал.

Карлик перебирает ногами, тычет в девушку пальцем, дрожит как осиновый лист, глядя снизу вверх на крепкого мужчину.

– Да…Густ, дал...воды...дал.

Густ засуетился, начал греметь ключами, только с третьего раза попал в замочную скважину огромного замка, что висел на ее клетке.

А вот это Елизавете не понравилось, выходить девушке не хотелось совсем. Этот взгляд Рикона, сдвинутые брови, то, как он сжимает в руках рукоять плети, говорило о том, что настроен он никак недружелюбно.

– Никуда я не пойду, и не трогайте меня. А если вы продолжите и дальше в таком духе, я вас затаскаю по судам. Так и передайте своему начальству. Где у вас камеры? Я выскажу все прямо в них. Немедленно прекратите этот спектакль. Я устала и хочу домой.

Лиза завертела головой, отбиваясь ногами от рук карлика, что он тянул к ней в надежде схватить и вытащить из клетки.

– Не трогай меня, я сказала, мерзкий ублюдок! Я что, похожа на девку с улицы, которую всем подряд можно лапать? Убери руки, а ну, пошел вон!

Карлик взвыл, когда Лиза лягнула его больнее, продолжая при этом кое-как прикрываться тряпкой.

Рикон просто наблюдал за возней, слушал девушку и не мог понять, какие эмоции в нем преобладают. Растоптать, убить, бросить в клетку к таким же диким псам, как тот, что сейчас находится здесь? Или забрать себе, подмять, обуздать ее дикий нрав, спрятав ото всех, а по ночам иметь это прекрасное тело, жестоко вбиваясь членом?

Громкий приказ, хриплый голос, Лиза снова вздрагивает, Рикон отталкивает карлика, просовывает руку в клетку.

Ноги Лизы не касаются пола, она смотрит с ужасом в глаза мужчины, видит тонкий шрам на левой щеке.