– По словам Гая, ты работаешь с одержимостью самоубийцы, – намеренно добавила она. – И я не стану тебе мешать!
Джордан вышел, бледный и мрачный, сел в свой «порше» и укатил в город. Впервые после свадьбы они по‑настоящему поссорились, и почему‑то Кэсси стало легче. Она предпочитала видеть Джордана скорее разъяренным, чем холодно‑вежливым. Когда он вернется, она сообщит ему о своем решении.
Вернулся он в одиннадцать, но Кэсси еще не ложилась. Она накинула халат, собираясь спуститься вниз, чтобы поговорить с мужем.
Этот халат она купила совсем недавно. Старый скоро станет слишком тесен. Пока что беременность была заметна разве только для нее самой, но Кэсси не хотелось, чтобы ее чуть пополневшая фигура бросалась в глаза Джордану. Незачем постоянно напоминать ему, но она поймала его в ловушку. Халат был широкий, просторный и мягко обтекал ее фигуру. Окинув себя быстрым придирчивым взглядом, Кэсси пошла вниз.
Войдя в гостиную, она увидела, как Джордан наливает себе виски. Он явно не ожидал ее появления.
– Я хочу поговорить с тобой, Джордан, – решительно начала она, опасаясь, что нервы у нее могут сдать.
– Это что, срочно? – досадливо скривился он, бросив быстрый взгляд на ее лицо. – Работать с одержимостью самоубийцы довольно утомительно, как ты понимаешь, – усмехнулся он."
"Кэсси залилась краской, но тем не менее решила довести дело до конца, здесь и сейчас, не откладывая до завтра.
– Это не займет много времени, – холодно сказала она. В ответ он молча кивнул на стул, по всей видимости приглашая ее сесть.
Но, не доверяя своей выдержке, Кэсси осталась стоять. – Сразу же после рождения ребенка, – спокойно сказала она, – я хочу получить развод!
Секунду он молча смотрел на нее – лицо было как каменное, только в глазах читалось странное выражение, не на шутку испугавшее Кэсси.
– Если бы не ребенок, – быстро продолжила она, – мы бы никогда не стали мужем и женой, и по сути ничего ведь и не изменилось. Совершенно ясно, что мы относимся друг к другу как раньше, и, по‑моему, нет смысла мучиться вдвоем всю жизнь.
– Я сделал тебе предложение, еще ни о чем не зная, – напомнил Джордан слишком уж спокойным тоном. – К тому же тебе известно, я буду бороться за ребенка. Я и об этом тебе говорят.
– Ты проиграешь, – постаравшись придать своему голосу твердость, сказала Кэсси, – да и нужды в этом нет. Ты сможешь видеть его, когда пожелаешь. Может, если мы не будем женаты, мы… мы останемся друзьями и… – У тебя уже есть друг! – выпалил Джордан.
