— Ты ничего не имеешь против? Издалека, где ты стоишь, кажется, что нет, но я бы не хотел втягивать тебя в дело, которое тебе не по душе.
Характерные линии по бокам его рта обозначились, и он медленно погладил ее по щеке, спокойно глядя на нее. Она чуть не поддалась желанию уклониться от его прикосновения, потому что за ним ничего не стояло. Она жаждала глубокого чувства, а не пустоты. Однако она улыбнулась и покачала головой.
— Нет, я ничего против не имею. Это самое благоразумное, что можно предпринять.
Его лицо на ее глазах переменилось и снова сделалось похожим на маску игрока в покер.
Эта маска всегда верно служила ему при заключении сделок и всегда забавляла ее, потому что она знала, как работает мысль под этой маской. А сейчас он сказал:
— Ты всегда поступаешь благоразумно. Ты всегда права, Клео.
И она не знала, принимать ли его слова как комплимент или нет. Одно дело постигать работу его ума в Сити, совсем другое — разбираться в его чувствах, побуждениях, когда речь шла об их браке.
Когда Джуд вошел той ночью в спальню, Клео в первый раз притворилась, что крепко спит.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Последняя кухонная утварь и глиняная посуда исчезли в дорожном ящике, готовом к отправке в Оксфам, и Клео осталось уложить лишь те вещицы, которые были ей дороги как память о студенчестве, — их надарили друзья, когда она въезжала в свой домик в Бау.
Все это и большая часть мебели пойдет на хранение. Джуд сказал ей: «Зачем тебе расставаться с твоими вещами? Когда мы купим загородный дом, они там пригодятся».
Она согласилась, потому что на создание уюта было потрачено много времени и сил и многие вещи она любила как добрых старых друзей.
Клео поднялась с колен; она решила, что ей не помешает выпить кофе и успокоить нервы. Роберт Фентон обещал быть около обеда, а это означало, что он мог появиться в любую минуту от полудня до двух.
Заправив полосатую сине‑зеленую рубашку в зеленые потертые джинсы, она налила в чайник воды и воткнула вилку в розетку.
Руки слегка дрожали. Скорее бы этот день кончился и избавил ее от кошмара.
Она положила в кружку гранулированного кофе и сухого молока и, кусая губы, ждала, когда закипит вода. Ей казалось, это была неплохая идея — предложить Фентону приехать за деньгами именно сюда. Она не хотела, чтобы он появлялся в окрестностях Белгравии, но ведь можно было назначить более точное время и выбрать какое‑нибудь нейтральное место встречи — например, около выхода из метро.
