Онлайн-библиотека книг
И тогда, как будто он мой давний друг, и даже как будто (смешно и подумать!) в нем воплотился Полло, я начинаю говорить:
– Джин изумительная девушка: она красивая, жизнерадостная, забавная, практичная и умная, для меня она просто сокровище…
Слушая меня, он кивает: он со мной согласен.
– Да, ты прав. Я хорошо ее знаю.
– Ах, да, ну конечно, а я и забыл: это же она выбрала вас, чтобы вы нас повенчали.
– Точно.
Он мне улыбается, и тогда я продолжаю:
– И я уверен, что она будет отличной мамой.
– Я с тобой согласен. Мне показалось, что она очень счастлива.
– Я тоже счастлив.
– Ну и хорошо, я рад.
Но потом я произношу слова, которые и не знал, что могу произнести:
– Но я боюсь.
Тогда отец Андреа кладет мне ладонь на руку и смотрит на меня с любовью:
– В таком случае, как этот, страх – благородное чувство. На самом деле ты боишься, потому что она от тебя зависит.
– Она и ее родители, и ребенок, который у нас будет. Я боюсь, что окажусь не на высоте.
– Ничего, через этого проходило много людей, гораздо менее достойных, чем вы оба.
Тогда я говорю ему правду.
– Недавно я встретил женщину, это произошло случайно. Я ее уже столько лет не видел и надеялся, что больше никогда в жизни ее не встречу. Из-за тех чувств, которые я к ней питал.
– И до сих пор питаешь.
– Да.
Отец Андреа поднимает бровь, закрывает глаза и кивает.
– Тогда это совсем другое дело. В таком случае трудно быть счастливыми.
Потом он переводит взгляд на Джин, которая смеется со своими родителями. Отец прижимает ее к себе, обнимает, а мать тревожится, мы слышим ее голос даже отсюда:
– Послушай, Габриэле! Осторожнее, не переусердствуй, ты делаешь ей больно!
– Ничего страшного, мы шутим!
Отец Андреа продолжает говорить, не глядя на меня:
– Ну и что ты тогда хочешь делать? Отложить свадьбу до тех пор, пока не разберешься сам с собой, или хочешь ее отменить?
– Нет, мы ждем ребенка.
Тогда он оборачивается ко мне:
– Это хорошая новость, правда же?
– Да, очень.
– Но если вы заставите его расти при несчастных родителях, со скандалами, то сделаете несчастным и его.
Я молчу, а отец Андреа продолжает:
– Странно, что ты не задал мне вопрос, который я иногда слышу в таких случаях.
Мне становится любопытно.
– А какой?
– Можно ли любить двух женщин?
Я улыбаюсь.
– На самом деле я об этом думал, но мне казалось нелепым задавать подобный вопрос такому человеку, как вы.
