Три женщины в городском пейзаже

Оплатить счета, записаться к доктору. А когда задумаешься – да, впечатляет.

Обалдевшая Катя медленно покачала головой:

– Ну не знаю… Наверное, ты права – ко всему человек привыкает. И все-таки жить среди таких декораций – страшновато. И, кажется, очень ответственно!

Саша засмеялась:

– Ну да, все правильно – город этот удивительный! Такого нет больше в мире. Строгий и молчаливый, суетный и галдящий, разноцветный, пестрый, пряный. Вылизанный и грязноватый. Острый, сладкий, жгучий. Пугающий и притягательный.

Необыкновенный! Но я к нему давно привыкла… Если вообще ко всему этому можно привыкнуть!

Зашли в шварменную, старую, известную. Катька ела обжигающий фалафель и восторгалась:

– Вкуснота! Сашка, у нас тоже есть фалафель. И в Турции есть, и в Эмиратах. Но такой я ни разу не ела!

Саша снисходительно улыбалась:

– Ну здесь этого добра полно. А малаби? Ты ела малаби?

Катя помотала головой:

– А что это?

Угостились древним арабским десертом – дрожащей белой субстанцией, похожей на пудинг или желе, посыпанной дроблеными орешками и политой красным сиропом из роз.

Прошлись по самой знаменитой туристической улице Бен Иегуда с напирающими друг на друга сувенирными и ювелирными магазинчиками и лавочками, присели передохнуть, и одуревшая от впечатлений москвичка снова вертела головой:

– Мама дорогая! Нет, я, разумеется, знала, но чтобы так!

Парни и девушки в военной форме и с автоматами наперевес, религиозные иудеи в высоченных шляпах, белых чулках и черных сюртуках, с длинными, затейливо завитыми пейсами, многодетные беременные мамаши, толкающие выпирающим пузом коляски.

Арабы в галабеях, друзы в широченных штанах и белоснежных вязаных тюбетейках. Черные, коричневые, белые, желтые, красивые и не очень, стройные и тучные, печальные и радостные – вся эта пестрая, яркая людская река текла, не кончалась и завораживала.

По дороге домой Катя уснула. В сон клонило и Сашу, она мечтала об одном – приехать и рухнуть. Но рухнуть не удалось – гостья проголодалась.

Тощая Катька смолоду любила поесть.

Саша погрела борщ, вчерашние пирожки, достала селедку и малосольные огурцы. С сомнением посмотрела на оставшуюся в бутылке водку. Поставила две стопки и позвала Катьку к столу.

Странное дело – Саша думала, что с усталости да после двух рюмок ее окончательно развезет. Но нет, оказалось все совсем не так.

Проснулась и даже взбодрилась – вот что такое радость и положительные эмоции.

И снова начался треп.