Три женщины в городском пейзаже

 – Ну как в песне поется: каждый выбирает по себе. По своим, так сказать, потребностям!

Туров кивнул:

– Вот-вот. По потребностям. У некоторых они так, с вершок. А некоторым, – он усмехнулся, – хочется жить хорошо. Достойно. Ну и красиво – прости. Детей учить в хороших школах. Жену красиво одевать. Ездить на хорошей машине. Жить в красивой, просторной квартире. Любоваться разными странами. Да, ты прав – потребности у всех разные.

Уел. Подколол. Недобро, даже зло. Ну пусть получает: «У вас, так сказать, бизнесменов»! Говнюк.

Нищий и бесполезный говнюк. Да наверняка еще и дармоед – живет за счет какой-нибудь бабы, несчастной разведенки, готовой на все, лишь бы были «штаны». И кутит сейчас за ее счет. Наверняка за ее, практически не сомневаюсь.

– Ну так что? – миролюбиво повторил Градов. – Давай все же по беленькой?

Кажется, на свой счет бурный монолог Турова он не принял. Туров почему-то разозлился – на него, на себя? Черт не поймет.

– А давай! – вдруг сказал он. – Давай, что там!

Градов оживился, обрадовался и поспешил к бармену.

– Вадик, организуй, а?

«Сам поперся, – усмехнулся Туров, – не окликнул – пошел сам. Как есть халдей, дешевка».

Минут через пять на столе стоял запотевший графинчик с водкой. Туров уже пожалел, что согласился. Двадцать минут десятого и – водка? О боже! А в час у него переговоры с французами. Какой же он идиот! Но почему-то ужасно, просто зверски захотелось выпить. Именно водки, ледяной, сводящей зубы. Водки, а не вина, которое он, по настоянию жены, пил последние лет десять – красное вино выводит токсины, красное вино полезно для сердца, красное вино полезно для мозга, красное вино укрепляет иммунитет.

А если честно, он терпеть не мог красное вино! Особенно сухое – гадость, кислятина! Туров любил хороший французский коньяк и хорошее английское виски. Но ничего, привык и к вину – как говорится, припился. Что не сделаешь для любимой. Но иногда, крайне редко, вернувшись после тяжелого дня, позволял себе пару рюмок коньяка или стакан виски. Жена смотрела с осуждением, но молчала – и на этом спасибо.

Градов разлил водку по стопкам.

– Ну? – обнажив подпорченные временем зубы, улыбнулся он. – Поехали?

Туров кивнул – ну раз уж ввязался."

"Холодная водка обожгла гортань. И тут же, через минуту, обдала жаром внутренности. Стало легко и приятно. Зацепив кусок уже остывшего люля, Туров блаженно откинулся на стуле.

– Ну что? Хорошо? – обрадовался Градов.

Туров великодушно кивнул, закурил.