Три женщины в городском пейзаже

Я не очень люблю людей, Лешка. И не очень им верю. А все остальное – что там у тебя? – ездить вместе, спать, любить – это ведь можно и без штампов, правильно? И еще, – Лена нахмурилась. – Все эти загсы дурацкие, машины, украшенные кладбищенскими цветами, рестораны с пьяными рожами… Нет, извини! Даже не уговаривай.

– Глупость какая, – пробормотал Туров. – При чем тут украшенные машины и пьяные рожи? Без этого можно прекрасно обойтись! Тихо расписаться и так же тихо, своим кругом, посидеть в кафе. Или дома. Мама моя все прекрасно…

– Леш, – перебила Лена, – ты меня не слышишь! Вообще не слышишь!

Он обиженно и раздраженно пожал плечом и прошелся по комнате.

– Я вообще не хочу замуж! – выкрикнула она – Вообще, понимаешь? По крайней мере – сейчас! А там… не знаю! Но в девятнадцать лет? Ты что, спятил? И искренне не понимаю – для чего? Ты постарайся без обид, ладно?

Он промолчал.

– Так вот, нарисую тебе картинку. Тихая, скромная свадьба у тебя дома. Из гостей – самые близкие. С твоим близкими все понятно. С моими – не очень.

Ну ладно, не суть, с этим мы разберемся. Итак. Сходили мы в загс, получили свидетельство. Надели друг другу кольца. Выпили шампанского. Съели салаты и пироги. Легли спать на твою кровать. Выспались. Утро. И? Дальше что, Леша?

– Дальше – жизнь, – буркнул он. – Обычная жизнь. Институт. Работа. Магазин, ужин. По воскресеньям кино. Или театр. Родственники. Друзья. Что-то не так?

– Всё! Всё не так, Леша! Ну давай заново и по порядку. Живем мы у твоих, верно? А по воскресеньям ездим к моим, на Берсеневку.

Можно и в Люберцы, там у меня тоже родня – что, не хочешь? Навестить мою маму и дядю Борю не хочешь? Или бабку с дедом – а что, рядом, соседний дом! Ну ладно, проехали. Какие еще варианты? А, на концерт! По приглашению нашего друга Градова – у вас же группа, да? Вы ж музыканты, у вас же концерты, выступления – так? В каком-нибудь раздолбанном и сыром подвале под названием «клуб». А, да, забыла – группу ты, Леша, покинул! – Помолчав, Лена покачала головой. – Нет, Леш. И так не хочу. Надоело. Это до двадцати хорошо. Интересно. А после… После это уже диагноз. Теперь вернемся, так сказать, к быту, – усмехнулась она, – что там про семейную лодку? Не помнишь?

Он не ответил.

– Я напомню – разбилась о быт. А я так не хочу. На голове у твоих родителей сидеть не хочу. Начнутся проблемы, я знаю. А по-другому и не бывает. Я знаю все, что ты скажешь, – и мама у тебя замечательная, и папа чудесный. Не сомневаюсь. Только… тесновато у вас для четверых.