Онлайн-библиотека книг
— Оденься… простудишься…
Так мило, что он переживает, чтобы его любимая не простыла. Кажется, еще сильнее похолодало, или это уже внутренний холод? Хорошо хоть носки догадалась надеть.
Ветер дует то в одну, то в другую сторону. То доносит до меня милое воркование влюбленных, то несется в противоположном направлении, и я слышу лишь собственное сердце, глухо бьющееся в ноющей от боли грудной клетке.
Я сама как в клетке в этом отеле. Зачем я согласилась с ним поехать? Зачем позволила снова втянуть себя в эту сладкую и убийственную трясину под названием Артем Асадов?
У кого-то еще остались сомнения, зачем и почему? У меня нет.
Потому что я дура. Наивная, глупая, до отвращения романтичная идиотка.
Снова ветер в мою сторону. Теперь я даже знаю ее имя.
Злата. Ее зовут Злата.
И даже утопиться я не имею права, потому что у меня дети.
— Аля, — слышу неожиданно и чуть не давлюсь. Поспешно подтягиваю торчащие из кокона ноги.
Нет меня здесь, Асадов, не переживай. Можешь спокойно идти в соседний номер. Сердце давит, и я скручиваюсь от боли.
Никто мне не виноват. Никто.
— Аленка!
Неужели заметил? Черт, надо было сразу ноги посильнее подвернуть. Конечно, теперь он будет чувствовать себя виноватым. Обманщиком и предателем.
Раздается шорох, глухой стук, и передо мной появляется Артем. Чуть растрепанный, но такой красивый, что я даже зажмуриваюсь.
Уходи, пожалуйста, не надо меня добивать.
— Аленька, ты чего? — он садится возле кресла на корточки, накрывает руками ладони, которыми я пытаюсь согреться, и хмурит брови.
Ничего не говорит, уходит в номер и возвращается с пледом. А я не могу прийти в себя от шока.
— Ты уже вся заледенела. Хочешь заболеть?
— Как… Как ты сюда попал? — наконец получается выговорить. Он недоуменно хмыкает.
— Перелез через балкон.
— Но я не запирала дверь.
— Я обещал не входить без разрешения.
— Зачем ты пришел, Артем? — оставляю его вопрос без ответа. Мой важнее. — Тебя мучит чувство вины? Или тебе нужно мое благословение?
— Не понимаю. Ты о чем? — судя по впившемуся в меня взгляду, правда не понимает.
— Ты же поселил Злату возле себя не для того, чтобы беседовать через перила.
