Трианон

В коридоре теперь висели изящные хрустальные светильники, полусгнившие деревянные панели сменил современный пластик, а пожелтевшие афиши – большие зеркала. На деревянном полу еще местами виднелись следы от когтей Зорга, и это навевало неприятные воспоминания. Но вскоре и пол должны были перестелить.

Пока Катерина изучала результаты ремонта, вернулся Матвей. На его губах играла загадочная улыбка.

– Пойдем, – позвал он. – Теперь можно.

Катерина, в предвкушении чего-то необычного, направилась за ним в бывший кабинет отца.

Матвей распахнул тяжелую дверь, и девушка замерла, пораженная увиденным. По всему кабинету горели свечи. Они стояли на письменном столе, на подоконниках, на полках вдоль стен. Помещение освещалось их приятным оранжевым светом, а под потолком блуждали неясные тени. Матвею явно пришлось изрядно потрудиться, он даже принес из подвала старинные металлические канделябры для свечей. Стол был выдвинут на середину кабинета, по обе стороны от него стояли мягкие кресла. А на столе виднелась коробка с пиццей, пара пластиковых контейнеров с салатами, два высоких хрустальных бокала и бутылка колы.

– Что это? – удивилась Катерина.

– Мы с тобой знакомы ровно десять лет. Годовщина вроде как, – смущенно произнес Матвей. – А еще я просто хотел отвлечь тебя от твоих мрачных мыслей.

Катерина бросилась ему на шею.

– Это потрясающе! – воскликнула она. – Признаться, ты удивил меня!

– Рад, что тебе нравится, – улыбнулся Матвей. – А теперь прошу за стол, мадемуазель! Пицца стынет!

Катерина опустилась в одно из кресел.

Матвей сел напротив нее. В такой романтичной обстановке даже пицца с колой казалась очень изысканным и дорогим угощением. Катерина тут же впилась зубами в кусок. Матвей распечатал салаты и придвинул к ней один из них.

– И долго ты все это готовил? – спросила она.

– Нет. Дольше всего пришлось зажигать свечи.

– Это лучший вечер в моей жизни! Такого мне никто даже на день рождения не устраивал. В прошлый раз Аглая просто потащила меня в кафе.

– Ну в этом году я придумаю что-нибудь получше, – пообещал Матвей.

 – Твой день рождения ведь уже не за горами.

– Да, мне стукнет шестнадцать. Даже не напоминай.

– Мне уже шестнадцать и ничего особенного, – усмехнулся Матвей. – Устроим тебе праздник. Если, конечно…

Он замолк, но Катерина поняла, что он хотел сказать. Матвей уже и сам пожалел, что открыл рот. Если к тому времени он не превратится в стеклянную статую, вот о чем он подумал. Девушка сразу помрачнела.