Трианон

Веер отлетел к окну, и его иглы вонзились в оконную раму. Княгиня выругалась. Бест и Шахиня ринулись на Катерину и Матвея. Михаил Башаров, размахивая тяжелой монтировкой, подбежал к Ирине и Артему, продолжавшим крушить зеркала ближнего круга. Гольданская бросилась на Марину, которая оказалась к ней ближе остальных. Зеркальные круги в центре машины вращались все быстрее, красные лучи и молнии метались уже по всему помещению, но никто не обращал на это внимания. Валентин нанес Двуликому новый удар, но тот сумел отразить его.

Старик с удвоенной силой ударил его другим концом скипетра по голове. На этот раз Двуликий взвыл от ярости, и все увидели вместо его уха темную пробоину с острыми стеклянными краями. Доппельгангер быстро изменил внешность, превратившись в Катерину, и его ухо снова было на своем месте."

"Шахиня раскрутила свое ожерелье, словно лассо. Золотой трос обвился вокруг ноги Катерины, и Шахиня резко дернула его. Не удержавшись, девушка упала на пол, но тут же перекатилась через голову и снова вскочила на ноги.

Не мешкая, она подскочила к Шахине и сделала резкий выпад. Та увернулась и ударила ее ногой. Катерину охватила настоящая ярость. Она всей душой ненавидела этих людей. Они ворвались в ее жизнь и поломали ее. Они угрожали ее родным, отняли у нее Аглаю и Прохора, а теперь пытались ценой ее крови воплотить свои жуткие мечты. Однако она не собирается сдаваться без боя! Катерина выпрямилась и взмахнула клинком. Клок черных волос взлетел в воздух. Шахиня вскрикнула: девчонка едва не снесла ей голову! Трос снова взвился в воздухе, но теперь Катерина была наготове и ловко увернулась. Шахиня снова замахнулась, Катерина проскочила под летящим тросом, быстро присела и выбросила вперед ногу, делая подсечку, – Шахиня грохнулась на пол.

Бест, размахивая мечом, ринулся на Матвея. Зазвенели клинки, и Матвей перешел в наступление, пытаясь зацепить фокусника рапирой, но сделать это было не так-то просто. Неожиданно Бест резко махнул мечом и полоснул Матвея по руке.

Послышалось громкое шипение, и юноша охнул от боли. Иннокентий изумленно вскинул бровь. Матвей же лишь мельком взглянул на свою руку – порез затягивался прямо на глазах.

– Что за… – начал было Бест, но парень не дал ему договорить, обрушив на него новую серию ударов.

Рапира просвистела у самого лица фокусника, и тот, увернувшись, растянулся на полу, однако успел на ходу ударить Матвея сапогом под колено.