Трибьют

И думала, сколько еще раз ей придется платить за чужие преступления, грехи и ошибки.

Силла стояла в спальне, разглядывая свежеокрашенные стены, а ее отец закрывал крышкой начатую банку краски. Она смотрела, как яркий дневной свет наполняет комнату, заставляя стены сиять.

— Наличники не готовы, полы еще нужно доделать, но, стоя здесь, я все равно испытываю радостное возбуждение.

— Чертовски хорошая работа, — он встал и вновь окинул взглядом стену.

— Ты можешь этим зарабатывать.

— Всегда полезно иметь запасной вариант.

— Ты покрасил почти весь дом, — Силла повернулась к нему. Она все еще не могла придумать, как к этому относиться и что сказать отцу. — Ты сэкономил мне несколько недель. Тут благодарностью не отделаешься.

— Ерунда. Мне нравится эта работа — во всех отношениях. Мне нравится участвовать в этом. В преображении. Мы пропустили столько летних месяцев, ты и я. Я счастлив, что провел это время с тобой.

Несколько секунд она просто стояла и смотрела на него, на своего отца. А потом сделала то, что никогда в жизни не делала.

Он крепко обнял ее в ответ, и она почувствовала, как отец вздохнул.

— Ты помнишь, как мы впервые встретились здесь? Я пришел к черному ходу, а ты поделилась со мной сэндвичем, который мы ели на просевшей передней веранде?

— Не знаю, как это нам удалось. Слишком много было упущено времени, — он с тревогой заметил, что в ее глазах стоят слезы. — Ты дала нам второй шанс. Дому и мне. И вот я стою тут, рядом с моей дочерью.

Она заплакала и уткнулась лицом в его плечо.

— Ты говорил это, что гордишься мной, после концерта в Вашингтоне и еще один раз, раньше, когда пришел на съемки «Семьи» и смотрел, как я играю. Но теперь я в первый раз тебе поверила.

Она еще раз сжала его в объятиях и отступила на шаг.

— Лучше всего мы узнали друг друга при помощи краски для внутренних работ и бледно-желтого лака.

— Зачем же на этом останавливаться? Может, посмотрим наружные стены?

— Ты не можешь красить дом.

— Я считал, что прошел испытание, — поджав губы, он окинул взглядом комнату.

— Это трехэтажный дом. Большой трехэтажный дом. Чтобы его покрасить, нужно стоять на лесах и высоких стремянках.

— Я привык сам выполнять трюки. — Она закатила глаза, и он засмеялся, подумав, что такую гримасу может состроить только любящая дочь. — Может, и нет, а может, это было много лет назад. Но у меня отличное чувство равновесия.