Тридцать первая жена, или Любовь в запасе

"

"– Хочешь, чтобы я разрешил тебе проверку на истинность? – с презрением бросил дракон.

– Нет.

А вот тут мне удалось его удивить. Он медленно сел обратно, не сводя с меня давящего взгляда, и холодно бросил:

– Чего же ты хочешь?

Вначале я хотела упрямо требовать возврата своих камней, беся этим Владыку и нервируя его куриц. Как представляла, что их будут выковыривать из подаренных украшений, так в душе ехидно посмеивалась.

Но все это теперь казалось таким мелочным….

– Я хочу, чтобы государство взяло на себя обеспечение приютов.

И не просто давало деньги – нужно разработать нормы по содержанию и воспитанию детей. Хочу, чтобы прекратилось рабское использование детского труда. Чтобы были созданы контролирующие работу приютов органы, куда дети смогут жаловаться, если нарушаются их права.

– Права детей?! – в шоке произнес дракон, словно впервые услышав о подобном.

– Право каждого ребенка на счастливое детство. В войне погибли родители многих детей, и государство должно взять на себя заботу о сиротах, раз их отцы отдали свою жизнь на благо империи.

Дети – это будущее каждой страны, так воспитайте из них достойных граждан.

– А сейчас их не воспитывают?

– Давайте лаэр Вэльдер вам сам об этом расскажет, – устало произнесла я, понимая, насколько Владыка далек от жизни простых людей. – Если вы согласны, будем считать инцидент исчерпанным. А сейчас, если вы не против, давайте закончим на этом встречу.

Я встала, и дракон поднялся вслед за мной, но уже без угрозы. Скорее рассматривая меня как нечто абсолютно непонятное.

– День действительно был насыщенным. Я устала, лаэр, – непонятно зачем сообщила я, склонила голову в прощальном поклоне и пошла к двери.

– Я еще не озвучил свое решение и вас не отпускал, – прилетело мне в спину, едва я взялась за ручку двери.

Оглянувшись через плечо, я смерила его взглядом. Я чувствовала опустошение, и не было никакого желания расшаркиваться.

– Напишите мне, – сказала я и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

И только уже отмокая у себя в ванной после этого суматошного дня и анализируя наш с драконом разговор, поняла, насколько мое поведение выглядит вызывающим для этого мира.

Перед Владыкой преклоняются, обращаются с почтением, а я ему в морду: «А с чего вы взяли, что я вас уважаю»?

Но вот такой у меня паскудный характер, люблю правду-матку в глаза резать. С детства воротило от фальшивых улыбок в высшем обществе, когда еще недавно улыбающиеся и целующиеся знакомые сплетничают за глаза и поливают друг друга грязью.