Тридцатого уничтожить!

"

"Синицын помог добраться Примакову до милицейских «Жигулей» и усадил его рядом с водителем, потом подошел к «Волге», и они вдвоем с Савелием вытащили бесчувственное тело капитана и отнесли его в «Жигули», уложив на заднее сидение. К ним подошел капитан и кивнул Савелию на автомат «узи»:

— Отдай им! — спокойно сказал он. Савелий пожал плечами и протянул «узи» Синицыну, потом наклонился к Воронову и тихо сказал:

— Постарайся выжить, Андрюша! Гони! — крикнул он водителю и захлопнул дверь. Машина тут же сорвалась с места.

— Вас куда довезти? — неожиданно спросил капитан.

— До города. Если можно! — удивился Савелий такому неожиданному предложению.

— Не удивляйтесь: шашлычник нам все рассказал, — добродушно улыбнулся капитан. — Садитесь! — предложил он, усаживаясь я руль. Пожав плечами, Савелий сел рядом.

Капитан включил зажигание и начал заводить, но двигатель гудел и гудел, но не заводился:

— Что у вас за движок? Дерьмо!

— Не у нас, а у них! — усмехнулся Савелий. — Это же их машина.

— Подтолкни-ка чуток! — перебил его капитан.

— Лучше спереди, а то в рефрижератор можно врезаться, — проговорил он и что-то быстро сделал с рулевой колонкой.

— Как скажешь, командир! — весело отозвался Савелий и встал перед «Волгой», упершись в радиатор руками. — Готов!

— И я готов! — улыбнулся капитан и резко газанул — «Волга» рванулась вперед, и Савелий, не ожидавший такого вероломства, не успел отскочить в сторону. Его сильно стукнуло спиной о рефрижератор, и, потеряв сознание, он уткнулся лицом в крышку капота.

Капитан спокойно вышел из машины, подошел к неподвижному Савелию и застегнул на его правой руке наручник:

— Вот так! — усмехнулся он, затем подхватил его и перенес на переднее сиденье. Вторым наручником пристегнул его к ручке над дверью.

В это время Савелий пришел в себя и открыл глаза. Мутным взглядом посмотрел на капитана:

— К чему это, товарищ капитан?

— Эх, милой, я ведь еще в СМЕРШе служил! Кого хотел обмануть? «До города, если можно», — передразнил он.

Разговор Богомолова с американцем

Когда Майклу Джеймсу была сделана операция, полковник дождался момента его возвращения в сознание и убедил врача разрешить посещение. После долгих колебаний тот согласился, но предупредил, что американец очень слаб и по возможности не нужно затягивать этот визит.

— Вы говорите по-русски? — спросил он американца.