Тридцатого уничтожить!

 — Я думаю, поговорим еще, когда будет время! Слушай меня внимательно! По нашим каналам стало известно, что генерал госбезопасности Галин является участником переворота в вашей стране. Кто участвует вместе с ним, мы не знаем, и потому не можем сами сообщить эту информацию кому-либо, не уверенные, что он не является участником заговора! Я и тебе не должен был говорить, но я тебе верю! Верю, что ты сможешь распорядиться этой информацией правильно! Во всем этом как-то завязана база, на которой мы с тобой были.

 — Он чуть помолчал, набираясь сил, потом добавила — А сюда меня переправил полковник госбезопасности Богомолов… Он и нашел меня там, где вы меня оставили.

— Богомолов? Ты сказал Богомолов? — удивленно воскликнул Савелий.

— Да, Богомолов. Ты его знаешь? — нахмурился Майкл.

— Да, вроде, знаю. — Савелий поднялся со стула.

— Савелий, спасибо тебе. За все спасибо! — сказал Майкл по-русски и крепко пожал руку. — Торопись, пожалуйста, и, когда сможешь, приходи: я буду в Москве еще недели две-три, как заверил врач.

— Я постараюсь, Майкл! — кивнул Савелий и добавил по-русски. — Если буду жив.

— Ты должен, должен быть жив! Слышишь, должен! — выкрикнул он и закашлялся. Савелий нажал кнопку вызова, и в комнату тут же вошла медсестра, которая начала хлопотать вокруг Майкла.

Савелий некоторое время посмотрел на него и вышел.

Когда он оказался на улице и прошел несколько сот метров, пытаясь обнаружить за собой слежку, то не обнаружил ее.

Он вытащил из кармана белую тряпочку, которую передал ему капитан, и снова прочитал ее: на ней был написан телефон и фамилия полковника Богомолова. Вряд ли это было совпадением. Он поспешил к телефону-автомату и быстро набрал номер:

— Мне нужен полковник Богомолов!

— Кто его спрашивает? — отозвался вежливый голос дежурного офицера.

— Передайте, что его спрашивает Бешеный! — после недолгого раздумья Савелий решил назвать свою кличку, которую полковник Богомолов должен был помнить по делу, связанному с Воландом.

— Вы можете перезвонить? — после небольшое паузы спросил тот.

— Нет, передайте, что это срочно, — упрямо сказал Савелий.

— Минуту… — снова пауза, и вскоре раздался знакомый голос

— Я вас слушаю, товарищ Бешеный! — и Савелий сразу понял, что полковник принял его игру.

— Я могу говорить прямо?

— Почти, — уклончиво ответил полковник, намекая, что иносказательно говорить можно.