Триллионер из трущоб

Мы шли по изогнутым узким улочкам, каким-то заросшим тропинкам, несколько раз даже спускались в непонятные канавы, то и дело возникающие прямо на нашем пути. Повсюду царил запах бедности и разрухи. Если кто-то вдруг решит меня спросить, как вернуться обратно, то я даже близко не смогу сориентироваться.

Шли до нужной точки мы минут тридцать, и за это время в моей памяти отпечатались только десятки бомжей, укрывающихся картоном под каждым вторым кустом, да попрошаек, которые не думали идти спать даже в такое время суток.

Несколько раз нам попытались преградить дорогу какие-то сомнительные личности, но одной моей ухмылки и борзого взгляда хватало, чтобы у них исчезли любые нехорошие мысли. А то, что они не дорогу до библиотеки уточнить собирались, было за версту видно. Правда, одной самой резвой парочке непонятливых все же пришлось сделать авторскую пластику лица и слегка подправить прикус.

После сеанса такой косметической хирургии настроение заметно улучшилось, и на оставшейся части пути я даже пытался найти хоть один прекрасный уголок в этом неприветливом месте, а получилось найти целых два.

Дамочка в откровенном наряде с глубоким декольте стояла у стены, провожая нас задумчивым взглядом. От нее растекался шлейф сладкого аромата. Приторно сладкого.

– Эй, красавчики, любви не желаете? – ее пальчик с ярко-красным маникюром несколько раз согнулся в призывном жесте подойти поближе.

– Не сегодня, красавица, но я еще вернусь, – цокнул языком и стрельнул пальцем в жрицу любви.

Двинулся дальше.

Через несколько минут под ногами пробежала какая-то помесь ящерицы и крысы, противно при этом шипя. Я даже на пару секунд остановился, чтобы разглядеть ее получше и удостовериться, что это чудовище мне не померещилось. Мерзкая тварь.

Как я понял, у местной фауны свои фетиши на количество разных выпирающих частей у обитателей животного мира. Три головы у медведя, пять хвостов у этого зубастого сплинтера. Надеюсь я не встречу тут слона с семью чле… Кхм, это меня уже куда то понесло.

Тем временем тварюшка тоже остановилась и попробовала мой ботинок на прочность.

Эх, такой футболист во мне погибает! Я в очередной раз тяжело вздохнул.

Оставив наглую крысу принимать грязевые ванны, пошел дальше, не забывая тянуть за собой толстяка. Толик шугался любой тени и постоянно норовил спрятаться у меня за спиной.