Тринадцать

Глава 34

Занимая место на трибуне для присяжных, Кейн держался поближе к Рите. Она продвинулась дальше между рядами, освободив ему место. Он оказался крайним во втором ряду, у самого выхода. Перед ним, чуть правей и чуть ниже, сидел Спенсер. Свидетельская трибуна просматривалась над его плечом просто-таки идеально.

То, что надо.

Каждому из присяжных вручили увесистый красный скоросшиватель с материалами дела и блокнот. Судья Форд проинструктировал их, что эти скоросшиватели пока что лучше положить под ноги – при необходимости либо он, либо кто-то из адвокатов сторон назовут им страницу, которую нужно будет открыть.

Добавил, что делать заметки в ходе слушаний не возбраняется.

Большинство женщин, за исключением Кассандры, немедленно открыли свои блокноты и приготовили ручки. Спенсер тоже. Мануэль просто положил блокнот на коленку и зажал новехонькую ручку в зубах. Остальные мужчины свалили все это добро на пол, откинулись на спинки кресел, раздвинули ноги, насколько позволяли приличия, и сложили руки на груди.

Шум в зале все усиливался. Публика явно пребывала в нетерпении. Записные завсегдатаи судебных залов, писатели-документалисты, пишущие о реальных преступлениях, журналисты, телерепортеры возбужденно переговаривались друг с другом. Подробности двойного убийства пока еще не стали достоянием широкой общественности. Только самое основное, в общем и целом. Но и этого оказалось достаточно, чтобы вызвать натуральную газетную бурю. Даже такой мизерной информации хватило, чтобы ежедневно обсасывать этот сюжет с незначительными вариациями.

Кейн уже знал, что «Вашингтон пост» успела окрестить предстоящий суд «процессом века». Большинство были с этим согласны. То есть до тех пор, пока под суд за убийство не угодит еще какая-нибудь крупная знаменитость. Но до той поры, что касается Нью-Йорка и его окрестностей, это была новость номер один."

"Судья призвал к тишине, и шум в зале понемногу стих. Кейн внимательно оглядел толпу – на суд явилось множество родственников Ариэллы. Потом перевел взгляд на стол защиты.

Руди Карпа за ним не было. Только Эдди Флинн в качестве основного защитника и Арнольд Новоселич, консультант по присяжным.

Что-то явно успело произойти. Наверное, Соломон уволил остальных своих адвокатов и оставил одного Флинна. «Ошибка, которая может дорого ему обойтись», – подумал Кейн.

Открыла процесс сторона обвинения. Кейн любил эту часть больше всего.

Поднявшись со своего места, Прайор вышел на центр зала и встал лицом к жюри.