Решение утопить мисс Бартон пришло неожиданно… После трагедии на Канарах и мнимого самоубийства она возвращается в Австралию и вскоре вместе со своими братьями и сестрами, как ближайшими родственниками мисс Бартон, наследует ее состояние.
— Весьма дерзкое и довольно хорошо обдуманное преступление, — заметил сэр Генри. — Если бы на Канарах утонула мисс Бартон, то подозрение наверняка бы пало на мисс Даррант и стали бы известны ее родственные связи с семьей Бартон. Но замена личности и двойное, если можно так выразиться, преступление помогли ей.
Да, я бы даже сказал — тонко осуществленное преступление.
— Что же с ней было дальше? — спросила миссис Бантри. — Что вы предприняли, доктор?
— С точки зрения закона я не располагал достаточными доказательствами. У меня и сейчас, можно сказать, их нет. Я пошел к ним в дом и познакомился со всем семейством. Это была очень милая семья, преданная старшей сестре и не подозревающая, какое страшное преступление она совершила. Зачем портить им жизнь, если я не мог ничего доказать? Кроме того, мне, как медику, было ясно, что, несмотря на ее цветущую внешность, дни этой дамы сочтены.
Я доверился природе. Мисс Бартон умерла через шесть месяцев после этой нашей встречи. Была ли она счастлива, не раскаивалась ли — не знаю.
— Конечно, не раскаивалась, — заверила миссис Бантри.
— Я тоже так думаю, — поддержала ее мисс Марпл. — Миссис Траут не раскаивалась.
— Захватывающая история, — сказала мисс Хелльер, покачав головой. — Только я не поняла, кто кого утопил и какое к этому имеет отношение миссис Траут?
— А никакого, милая, — сказала мисс Марпл.
— Миссис Траут тоже была не очень-то приятная особа. Но она жила в деревне.
— А-а, в деревне! — сказала мисс Хелльер. — Так ведь в деревне ничего не случается? Вот если бы я жила в деревне, — она вздохнула, — я бы и совсем ничего не соображала.
Четверо под подозрением
Разговор зашел о неустановленных и оставшихся безнаказанными преступлениях. Все высказывались по очереди: полковник Бантри, его приятная жена, Джейн Хелльер, доктор Ллойд и даже почтенная мисс Марпл.
Только один человек не участвовал в разговоре, хотя, по мнению большинства, ему единственному было наиболее уместно сделать это. Сэр Генри Клиттеринг, отставной комиссар Скотленд-Ярда, сидел молча, подкручивая усы — или, вернее, поглаживая их, — и слегка улыбался: казалось, собственные мысли забавляли его.
— Сэр Генри, — наконец не вытерпела миссис Бантри, — раз вы молчите, задам вам вопрос.
