Тринадцатый IV (СИ)

— Лёша, — произнесла женщина, которую Света называла нашей матерью.

Она посмотрела на меня влажными глазами и бросилась обниматься.

— Я рад видеть тебя, мам, — я старался говорить с теплотой, но выходило плохо.

Ведь и с этой женщиной мне предстоит познакомиться заново. А я совершенно не знал, чего от неё можно ожидать.

— Где ты был всё это время? У меня так много вопросов! — мать обняла меня, и я не смог остаться равнодушным, ответил на объятия родного человека."

"— Задашь их потом, — из квартиры раздался строгий голос, и нам навстречу вышел Павел.

Он был очень похож на меня, только на семь лет старше. Он выглядел более мужественно, а лёгкая небритость придавала ему ещё пару лет.

— Ну привет, брат, — холодно поздоровался я.

Ожидал, что он также как Александр начнёт ставить мне условия. И при матери я бы не смог действовать кардинально.

— Заходите, чего на пороге стоять, — Павел позвал нас внутрь просторной дорогой квартиры.

Мы вошли, и пока проходили коридор я показал Свете на языке жестов держаться настороже.

Павел провёл нас на кухню и достал из холодильника бутылку белого вина. А из шкафа — дорогой коньяк специально для Евгения. Бутылки не были вскрыты, значит, отравить он нас не хотел. На дорогом алкоголе стоят специальные печати, которые, если один раз снять, то уже на место не поставить.

— Поздравляю тебя с прохождением испытания, брат, — сказал Павел.

— Оставь поздравления при себе. Лучше рассказывай, с какого ты похитил нашу мать, — велел я.

Один этот факт похищения перекрывал всё дружелюбие, что демонстрировал брат при встрече.

— Вот, не поверишь, брат, — улыбнулся Павел. — Чтобы спасти тебя. Садись и слушай. А потом сам решишь, оставлять ли эту стерву в живых.

Глава 2

— Он лжёт! — закричала женщина, которая называлась моей матерью.

— Мам, мы тебе верим, — Свете взяла её за руку в попытке успокоить.

Мать вся дрожала то ли от страха, то ли от обвинений. Черт, надо было артефакт правды купить! Теперь придётся подключить весь талант, чтобы разобраться, кто из этих двоих мне лжёт и на кой они нас вообще позвали. Как бы было просто, если люди говорили только правду, но так бывает только в детских сказках.

— Так, давайте говорить по очереди. Паш, ты первый, — я говорил голосом, не терпящим возражений.